Спаси нас

Я приблизилась к фронтальной камере и посмотрела на Лидию серьезно:

– Лидия, до сих пор твоя беременность еще ни разу не дала тебе повода для радости. А ведь ожидание малыша – это счастье. Если ты готова позволить и другим присоединиться к этому радостному времени, то я считаю, ты непременно должна это сделать.

Лидия шумно вздохнула.

– Ты ведь рада, разве нет?

– Да, теперь уже рада, – сразу же подтвердила она."

"– Тогда я не вижу препятствий к тому, чтобы устроить вечеринку в честь тебя и твоих детей.

На лице Лидии появилась легкая улыбка:

– А ты пришла бы на такую вечеринку?

– Я бы пришла. И другие наверняка тоже.

– Офелия, по крайней мере, очень воодушевлена. Не знаю, откуда она берет время, но за последние несколько дней она связала для малышей несколько чепчиков и одеяльце.

– Это так трогательно.

– Да, хотя я должна сказать, что рукоделие – не самая сильная ее сторона. Одеяльце годится скорее в качестве прихватки для кастрюли, такое оно получилось жесткое. – Она улыбнулась. – Но не важно. Я все равно благодарна.

– Я очень рада видеть тебя счастливой. Жизнь у Офелии явно пошла тебе на пользу.

– Так и есть. А должна была стать для меня наказанием. Отец уж никак не ожидал, что мы с ней поладим.

– Похоже на то, что ты готова остаться у нее и на дольше?

Она кивнула.

– Я тоже об этом подумала. Хорошо быть там, где тебя понимают, – сказала Лидия. – С другой стороны, нечестно переворачивать ее жизнь с ног на голову.

Я подошла к шкафу и открыла его одной рукой.

– А как дела у мистера Саттона?

На это Лидия только рассмеялась:

– Когда ты перестанешь его так называть?

Я достала ботинки и вернулась с ними к письменному столу. Осторожно прислонила телефон к старому стакану.

– Это для тебя он всегда был Грэхемом. У меня как-то язык не поворачивается называть его просто по имени.

– Ну, мы тебя приучим, – уверенно сказала Лидия. Потом закусила нижнюю губу перед тем, как робко добавить: – Грэхем… спросил меня, не съехаться ли нам.

Я замерла с ботинком в руке и уставилась в телефон:

– Ну и?

Лидия кивнула и расплылась в улыбке.

– Думаю, я могла бы себе это представить, – она перешла на шепот.

В этот момент была видна огромная разница между нею сегодняшней и той Лидией, которую я застала плачущей в туалете в Оксфорде, и у меня на сердце стало тепло.

– Я рада за вас, – искренне сказала я.

– Только, пожалуйста, не говори об этом моему брату, – быстро добавила она. – А то он замучает меня вопросами, на которые я и сама себе пока не ответила.

– Я буду молчать.

– Как там у него дела? – спросила она.

Я надела ботинки и завязывала первый шнурок, раздумывая над ее вопросом.

– Думаю, хорошо. Но ты ведь знаешь, какой он скрытный. Все держит в себе, пока кто-нибудь не выдавит из него правду силой.