Спаси меня нежно

Тогда они смогут его убить.

Не зря же они перелопатили половину Вселенной в поисках ведьмы и жертвы…

– Господа, сегодня у нас особая парочка! – голос из динамика продолжал разогревать публику.

– Его – не стоит представлять! Все мы знаем нашего уважаемого, я бы сказал, долгожданного гостя! Правда, гостем он является принудительно! Но разве это имеет значение?

Говоривший засмеялся. Ему вторили.

– Главное, сейчас начнется шоу! Что ж! Пожелаем удачи! Ивар, слышишь? Тебе желают удачи!

Он слышал. Сжимал до скрежета зубы и запоминал голос говорившего. Теперь он узнает его из тысячи, несмотря на сознательное искажение динамика.

Ребята оказались наивными. На что они рассчитывали, пленяя его?

Но размышления – потом. Как и планы на месть.

Сейчас главное – девчонка, что лежала распластанная под ним. Он старался полностью накрыть ее тело своим, чтобы не были открыты жизненно важные органы, поразив которые можно убить или искалечить.

Остальное он вылечит.

Обязательно вылечит.

– Девочка, я начинаю, – едва размыкая губы, выдохнул он и подтянул свое огромное тело вперед, опираясь на руки и стараясь как можно меньше давить на нее.

Боги, какая насмешка!

Да и не ему взывать к Богам.

Кто-то скажет, что он получил по заслугам. Их дела. Их проблемы. Для него чужое мнение – пыль под ногами.

Он действовал осторожно.

Но все равно слезы новой волной хлынули из глаз девчонки, когда большая головка эрегированного члена принялась раздвигать сухие губы промежности. Пленница дернулась, инстинктивно пытаясь избежать изнасилования.

Но реальность часто не совпадает с нашими надеждами.

– Тихо! – рыкнул Ивар.

Его собственный зверь сошел с ума. Он контролировал его до того момента, как начал входить в напряженное тело блондинки. Сейчас же…

Сейчас же зверь вкусил ее сладость.

И понял самое главное.

Он обрел ТУ, что искал сотни столетий.

Зверь, не знающий пощады.

Зверь, которого не убить. Не подчинить. Не урезонить.

Зверь, что был сильнее всех живущих.

Зверь, который теперь требовал свою женщину.

Ивар сжал зубы с такой силой, что, казалось, они сейчас разрушатся. Его тело свело. Каждая мышца натянулась, точно тетива. Мгновение – и порвется. Внутренности скрутило от привычного жара. Темнота, медленная, жадная, всепоглощающая, начала заполнять нутро.

И Ивар готов был выпустить эту темноту.

Сейчас… Сейчас… Совсем скоро…

Но порой этого «скоро» бывает недостаточно. И он, как никто другой, понимал это.

Его член вошел наполовину.

Девчонка, давясь рвущимися рыданиями, чувствуя, как боль от проникновения отдается тупой болью в спине, выгнулась дугой. Короткие обломанные ногти царапнули бетонную поверхность клетки.

Но физическая боль – ничто. А вот душевная…

Она звала темноту.