Спасенная любовь

— Что? Почему? Я думала, мне следует полностью преобразиться, прежде чем меня допустят в высшее итальянское общество.

Лука покраснел, потому что сказанное ею нелестно характеризовало его ценности.

С каких это пор его заботило, что думают другие? Эта одежда заставила его понять, что Корделия не нуждается в защите, по крайней мере в том смысле, впишется ли она в его мир или нет. Наивность и простодушие в ней присутствовали, но во всем остальном она была на голову выше всех тех женщин, которые выглядели точь-в-точь как темноволосая модель.

Лука с удивлением обнаружил, что ему не нравится мысль о том, что Корделия будет выставлена напоказ во всех этих дизайнерских нарядах. Он решительно не представлял ее себе в экстравагантном маленьком черном платье или замысловатых кричащих нарядах от-кутюр.

— Я совершил ошибку, — хрипло пробормотал он, взял Корделию за руку, и они пошли вниз от красивой площади по одной из многочисленных улиц, которые веером расходилась от центрального круга.

Впечатляющая архитектура не ограничивалась площадью. И боковые улочки были богато украшены и выглядели волшебно. Легенда гласила, что Сиену основал Сений, сын Рема, которого вместе с Ромулом вскормила мать-волчица, — отсюда и ее герб.

Корделии удалось найти кое-какие исторические факты по пути, и она жадно впитывала их. Ей ничего так не хотелось, как поиграть в туристку и осмотреть все достопримечательности, но для этого будет время в будущем, и она была заинтригована тем, что Лука обещал подумать о городских экскурсиях для нее.

Кроме того, ее руку покалывало там, где сплетались их пальцы.

Этот поцелуй не шел у нее из головы, и она хотела большего. Муж и жена…

Как она могла вообразить, что между ними возникнет такая химия, учитывая, что Лука даже не оглянулся, когда уехал после этих пьянящих трех недель. Он все продумывал в своей жизни, но теперь она была здесь и пытается взять лучшее из плохой сделки, значит, она согласилась, потому что хочет его больше, чем просто хочет.

— Что ты имеешь в виду? — Они подошли к машине, и Корделия протянула руку к дверце, глядя на него через всю ширину «ламборгини». Это был черный, гладкий и мощный сексуальный автомобиль, который нуждается в таком мужчине, как Лука, за рулем."

"— Возможно, — протянул Лука, наблюдая за ней, чуть наклонив голову, — ты пробудила во мне вкус ко всему естественному.

— Потому что я полжизни хожу босиком и не пользуюсь косметикой? — Сердце Корделии подпрыгивало, ведь его слова прозвучали очень похоже на комплимент.

— Кто бы подумал, что обувь может оказаться таким переоцененным товаром? — Он усмехнулся и поднял брови, а Корделия задрожала от неожиданно нахлынувшего возбуждения.