Спасенная репутация

– Я не кормлю в своей столовой таких свиней, как вы! Убирайтесь, пока я не вышвырнула вас!

Шокированные такой грубой вульгарностью, не говоря уже об угрозе физической расправы со стороны большой, потной, раздраженной француженки, леди Бринкэт и ее дочь поспешно встали и выскочили из комнаты.

– Скатертью дорога! – заявила повариха. – А теперь, моя маленькая тигрица, брат нальет тебе шампанского. – Она с лукавым удовольствием взглянула на Николаса, который все еще стоял, и объявила: – Друзьям Стивенса здесь очень рады.

Стивенс прошептал ей что-то на ухо, и она удивленно округлила глаза, а потом улыбнулась во весь рот.

– Так это свадьба? Что же ты не сказал? – Она обернулась и объявила всем по-французски: – Моя маленькая тигрица и этот красивый молодой человек обвенчались сегодня утром у отца Ансельма. Итак, свадьба, друзья мои! Мы должны отпраздновать!

И празднество началось. Из кухни потек нескончаемый поток, блюдо за блюдом, чудесного угощения, при этом все самое лучшее вначале подавалось немало смущенным молодоженам. На столах появлялось шампанское, бутылка за бутылкой. А как только все угощение было съедено, кем-то из постояльцев были принесены скрипка, аккордеон и флейта, и зазвучала музыка. Столы и стулья были убраны, кто-то вытащил Фейт и Николаса на середину комнаты, и начались танцы. Звуки веселья заглушали звуки грозы, бушующей за стенами.

Наконец Фейт решила, что пришло время идти спать. Она прошептала Николасу, что устала и хочет удалиться к себе.

Голос ее слегка дрожал, когда она говорила ему это. Он понимал, почему она нервничает.

– Идите, – сказал он. – И заприте дверь. Я буду ночевать со Стивенсом и Маком. Не беспокойтесь.

Она посмотрела на него с облегчением и тихо ускользнула.

Но когда Ник примерно час спустя попытался потихоньку улизнуть, его поймали под громкий смех и непристойные шуточки. Казалось, полкомнаты видело, как Фейт ушла. Не могло быть и речи о том, чтобы позволить Нику ночевать в другой комнате. Это же брачная ночь!

Пятьдесят семь радостных, изрядно подвыпивших гуляк провожали Ника до комнаты его невесты. Дюжина доброжелателей пронесли его по лестнице, выкрикивая веселые и недвусмысленные советы. Ник от всей души надеялся, что Фейт их не слышит.

Дюжина здоровых кулаков громко забарабанили в дверь Фейт, призывая ее выйти и принять своего супруга. И когда она наконец приоткрыла дверь и нервно выглянула, одетая в длинную белую рубашку и завернутая в одеяло, Ника впихнули в комнату со счастливыми поздравлениями и другими весьма французскими пожеланиями. Он захлопнул дверь перед счастливой толпой и, учащенно дыша, задвинул задвижку.