Спасенная репутация

Как и в первую ночь в лагере, они расположились вокруг костра, и мужчины договорились, кто когда дежурит. Мак заступал на дежурство первым. Он бросил взгляд на цыганку, мешкая в нерешительности. Потом взял в охапку свои одеяла и с угрюмым видом сунул их ей.

Эстреллита налетела на него, как загнанная в угол лисица:

– Чего ты хочешь? Потому что я говорю тебе прямо, что не буду спать с тобой. Только попробуй, и я убью тебя!

Мак метнул взгляд в сторону Фейт и Ника и, понизив голос, сердито прошипел:

– Заткни свою глотку, девка, я у тебя ни черта и не просил!

Она презрительно фыркнула:

– Даже и не думай об этом, англичанин!

– Да дойдет же до тебя наконец, глупая курица, что я не англичанин! Меня зовут Мактавиш!

– Привет, Тавиш. Я Эстреллита. И я ни с кем не сплю. Пойми это, и мы будем друзьями.

– Надеюсь, что поможет, – вежливо сказала она. – Но зачем ты пытался утащить меня, если не хотел спать со мной?

Мак испустил многострадальный стон.

– Я принес тебе одеяла! Ночь теплая, но на земле холодно.

– Думаешь, я не знаю, что такое спать на земле? Я не какой-нибудь нежный цветок!

– Да уж скорее колючий куст!

Фейт напряженно наблюдала за их перепалкой, готовая подскочить и защитить цыганку от явной враждебности Мака.

– Не волнуйся, – прошептал Ник ей на ухо. – С ней все будет в порядке. По всему видно, что она привычна к сражениям.

– Да, – прошептала в ответ Фейт. – Но это так тяжело, когда приходится сражаться одному.

Мактавиш возвышался над Эстреллитой, как большой злой медведь.

– А мне наплевать, спала ты на дереве или в какой-нибудь лисьей норе, сегодня ты будешь спать на одеялах!

– Это твои одеяла! – огрызнулась она.

– Да, упрямая ты девка, но я в карауле! Мне не понадобятся одеяла! Кроме того, у меня есть плащ. Давай, заворачивайся. Если я приду с дежурства и увижу, что ты не в одеяле, я за себя не отвечаю. Так отшлепаю, что мало не покажется!

С этой угрозой он бросил одеяла Эстреллите и, топая как медведь, зашагал к тому месту, откуда ему хорошо были видны лагерь и дорога.

Эстреллита проводила его взглядом. Потом пренебрежительно пнула одеяла, еще раз оглянулась на здоровяка, который стоял, словно каменное изваяние, на краю лагеря, и вызывающе встряхнула волосами. С неохотой, сквозящей в каждом движении, она взяла одеяла и привередливо встряхнула их. Затем сложила одно и оставила аккуратной кучкой там, где Мак наверняка его увидит, укуталась в другое и калачиком свернулась на земле. Беовульф потрусил через поляну, остановился и уставился на нее.

Фейт подумала, стоит ли предупредить Эстреллиту, что это ужасное волосатое чудовище ненавидит женщин, но не успела она открыть рот, как цыганка ухватила пса за шерсть и потянула к себе. Фейт ахнула, но пес лишь испустил громкий вздох и закрыл глаза.