Спасатель (СИ)

А еще лелеял наместник мечту, о которой ни разу даже духовнику не сказал, впрочем, и не почитая ее за грех гордыни. Все было у Бориса Олферыча — и сундуки с серебром, и почет от козлян, и уважение черниговского князя, и преданная дружина. Не хватало честолюбивому боярину только ратной славы. Ну сидит он в крепости, ну копит богатства. А вот хотелось бы, чтобы ценили его не только за умение подобрать честных и хватких тиунов, расставить мытников, да с ремесленниками договориться по-хорошему, чтобы и уроков они достаточно сделали, и в обиде не остались. Разве этим будут потомки до седьмого колена гордиться да песни гусляры петь? Сгинь он на Калке, так хоть остался бы в памяти как герой, навроде Алеши Поповича."

"Поэтому и ожидал наместник татар без робости, желая реванша. Численность предполагаемого противника боярина ничуть не смущала. Когда осенью от восточных княжеств пришли злые вести, говорили о трех полчищах, по пять туменов в каждом. Но городов на Руси много, дружин — тоже, так что если агаряне сюда доберутся, то сильно ослабленные. Сколько бы тысяч татары ни бросили на штурм — две, три, или даже пять, крепость им не взять. Постоянной дружины у Козельска полтысячи, еще больше бойцов выставит город, да и среди селян многие предпочтут обороняться за крепкими стенами, а не прятаться в лесах. И надо сказать, это правильно. Козельск с трех сторон окружают реки, над которыми высятся многосаженные кручи. С запада и севера город огибает Другусна, из года в год подтачивающая свой правый берег, образуя с этой стороны высоченные крутяки. С востока Козельск прикрывала полноводная Жиздра. Правда, ее левый берег, на котором располагался город, довольно покатый, но зато и валы тут насыпали помощнее, компенсируя недоделки природы. Каждое лето гридни старательно проверяли, нет ли внизу оползней. Поправляли и оплывший после весеннего половодья ров невиданной глубины. Второго такого во всем княжестве не найти. Отгораживающий южную, напольную сторону города, этот ров выкопали на пятнадцать саженей вглубь, чтобы Жиздра, даже обмелев летом, заливала его не меньше, чем на несколько аршин. Вся земля, поднятая изо рва, пошла на вал, высившийся теперь над кручами. С такой защитой можно без всяких стен отбиваться, но и стены у Козельска всем на зависть. По всему периметру вокруг города высились мощные дубовые срубы с навесным боем. Чтобы эффективно обстреливать осаждавших, верхняя часть стены или башни выносилась вперед, образуя облам — длинную щель шириной в несколько вершков. Если противник перелезет через ров, заберется на вал и подойдет вплотную к стене, то из обламов, нависающих сверху, на него полетят стрелы, копья, камни и бревна.