Убийство в спальном вагоне

Ты ведь видела во сне убийство сестры.

Анфиса молчала, слезы капали на столешницу, она размазывала их пальцем.

– Ты извини, – сказала Надежда, поглядев на часы, – мне идти надо. На автобусный вокзал, сумку выручать. У меня там вещи ценные…

– Знаю, подарки для мужа и кота! – оживилась Анфиса. – А можно я с вами? Я не помешаю, а может, и помогу…

– Ладно уж, – скрепя сердце согласилась Надежда. – Только, чур, не реветь и в обморок не падать!

Есть в Петербурге места мрачные, унылые, в которых как бы в самом воздухе растворена какая-то острая безысходность. Кажется, что из-за угла появится вдруг призрак Родиона Раскольникова с топором под полой поношенного пальто, или выбежит вдруг Акакий Акакиевич с безумными глазами, разыскивая свою украденную шинель.

Попав в такие места, люди против своей воли впадают в тоску и уныние, ссорятся с ближними, срываются по пустякам. В таких местах гораздо чаще, чем где-либо, случаются преступления, особенно из разряда так называемых бытовых – то грузчик винного магазина прирежет свою сожительницу, приревновав ее к соседу, то двое приятелей-алкашей поссорятся из-за бутылки и один другому той самой бутылкой проломит голову.

Одно из таких мест – знаменитая Лиговка, район Лиговского проспекта и Разъезжей улицы, с позапрошлого века известный своей колоритной шпаной, хулиганами и ворами. Другой такой район – окрестности Обводного канала, особенно его часть от Московского проспекта до того же Лиговского. Когда-то здесь располагалась городская барахолка, иначе – толкучий рынок. Теперь примерно на том же месте находится городской автобусный вокзал."

"Именно сюда приехали Надежда Николаевна с Анфисой – Надежда в поисках своей пропавшей сумки, Анфиса же – за компанию, или просто чтобы не оставаться одной.

Приземистое бетонное здание автовокзала было переполнено утомленными людьми, дожидающимися своего автобуса. Кому хватило места – те пристроились на скамейках, дремля вполглаза и присматривая второй половиной за своими вещичками, кому места не хватило – те сидели прямо на своих чемоданах. Кто-то пил кофе из бумажных стаканчиков, кто-то ел вкусный бутерброд со шпротами или хрустел чипсами. Тут же, между рядами скамей, бродил взад-вперед небритый мужчина в пятнистом камуфляже, с одной ногой, на самодельных костылях и просил у отъезжающих подаяния.

Надежда огляделась по сторонам и направилась в дальний конец зала, где рядами выстроились металлические ящики автоматической камеры хранения.

– Помогите ветерану афганской войны собрать деньги на протез! – прогнусил человек в камуфляже, перегородив ей дорогу.

– Ничего ему не давай, женщина! – пробубнила скорчившаяся на чемодане старуха.