Убийство в спальном вагоне

Лидка приехала к бабушке на весенние каникулы и между делом сообщила, что Алиска неудачно упала на лыжах и сломала руку. Тяжелый перелом, она провалялась в больнице, потом долго ходила в гипсе.

– Какая рука? – вскинулась Анфиса.

– Левая, – удивилась Лидка, – она еще жаловалась, что училка писать заставляет – мол, правая-то работает…

Анфиса не рассказала про это даже папе.

Прошло года три, Анфиса уже училась в институте на третьем курсе, и вдруг осенью на нее нахлынула жуткая депрессия. Все было нормально – и друзья, и учеба, но она ничего не могла с собой поделать. Не хотелось никого видеть, даже отца, она сторонилась друзей, поссорилась со своим молодым человеком (это-то была потеря небольшая, она потом только порадовалась), не сдала хвосты, и ее не допустили к сессии. Они часто ругались с папой – он видел, что с дочкой творится что-то не то, но не мог понять, что именно."

"На каникулах снова они столкнулись с Лидкой, и та, прижав малиновые губы к Анфисиному уху, сообщила, что у Алиски была жуткая любовная история – парень из очень приличной семьи, папашка его близок к… – тут Лидка выразительно подняла глаза вверх, – вроде бы дело шло к свадьбе, то есть это Алиска так считала, но оказалось, что у него есть любовница – представляешь, совсем из простых, такая деваха в русском народном духе, нос картошкой, руки – грабли, ноги – как бутылки от шампанского. Так вот, любовница эта хоть и простушка, но не полная дура – забеременела от него и сказала поздно, когда уже младенцы в чреве шевелились. Да-да, двойня у нее, оба мальчики. Этот Алискин хахаль, конечно, парень нагловатый, решил от девки отмахнуться – денег немножко сунул, да и слинял. Но не тут-то было, видно, кто-то ее научил, так она запаслась всякими справками и свидетельствами и направилась прямиком к папаше. Нашелся умный человек из папашиного окружения, выслушал ее. А папаше никак нельзя было скандал затевать, у него там как раз какое-то назначение намечалось, – в этом месте Лидка снова подняла глаза вверх. – Короче, девке – квартиру трехкомнатную, няню для детей и пожизненное пособие, сыночка от греха подальше за границу, а про Алиску все забыли, вроде и не было ее совсем. От чужих людей она про все это узнала, представляешь?

– Представляю, – глухо ответила Анфиса и подумала, что если ей было так худо последние месяцы, то что же тогда творилось с Алисой.

Она много думала после разговора с Лидой и поняла очевидное: несмотря на то что их разлучили в детстве и что они такие разные, они с сестрой неразрывно связаны, они чувствуют друг друга на любом расстоянии.

Она боялась говорить об этом с отцом – с годами он стал малообщителен, постарел, ушел в себя. В нем все еще жила обида на бывшую жену.