Сожги меня дотла

– Ты стала моей еще там, в парке, в первую встречу, – голос Лера охрип, потому что приходилось тяжко, не хватало силы воли, чтобы контролировать эмоции и не наброситься на девчонку.

Уехать от него вздумала? Убежать? К отцу? Да вот уж хрен там! Его она! Ему принадлежит, Леру!

– Ты подарила мне себя, моя солнечная девочка, а я не приучен возвращать подарки, – склонившись к самым губам Весты, прошептал Лер.

Веста была голой. А Лер, пусть промокший насквозь, но был все еще одет. Однако в эту самую секунду все потеряло смысл, стерлись грани, забылись проблемы. Остались только он и она. Два сердца, отбивающие один ритм на двоих.

* * *Глава 27

Веста потерялась в ощущениях. Еще минуту назад все было просто, понятно, пусть и больно. Ведь не хотела она расставаться с Лером и его семьей. Но лучше выхода придумать не могла. Потому что эти люди вдруг стали ей очень дороги. И не хотела Веста своим присутствием в их доме навлечь беду.

А сейчас – все вдруг запуталось. Девушка плохо соображала, что будет дальше. И пришло понимание, что Лер – тот самый мужчина, который способен решить все за нее. Но разве она не мечтала о свободе? О том, чтобы самой принимать все решения за себя. Чтобы ходить, куда хочется. И быть там, где хочет, а не где прикажут."

"И что теперь?

А Лер смотрел на нее так, словно в самую душу глядел и все в ней видел и понимал.

Едва заметная улыбка, до безумия красивая, и взгляд горящий – все это нравилось Весте. «Нравилось» совсем не то слово.

Все это Веста полюбила настолько, что готова была поверить в чудо. А если верить в чудеса, то они определенно случаются. Если верить, то и с Машей все будет в порядке. Так ведь?

Мокрая одежда Грека прилипала к ее коже, будто цеплялась за нее. И Веста невольно сравнила себя с этой тканью. И она так же, взяла и влипла в Адамиди, как будто приросла. А отлипать совсем не хочется. Наверное, уже и не сможет отлипнуть.

Веста крепче обняла Лера, прижалась щекой к его груди, прикрыла глаза. Как будто ничего и никого не существовало за пределами душевой кабины. Как будто был только он – сильный и несгибаемый Грек, нежный и чуткий Лер, заносчивый и невыносимый Адамиди. Но все это – он.

– Я люблю тебя, – одними губами прошептала Веста.

Вода заглушала негромкий шепот. Но Лер услышал. Не поверил сначала. Ведь так легко выдать желаемое за действительное.

Лер подхватил пальцами подбородок Весты. Заставил поднять голову. Глаза Весты закрыты. И только веснушки по нежным щекам четко просматриваются.

Грек легко огладил изящные скулы, провел по нижней губе кончиком пальца.

– Не бойся ничего. Ты со мной, – пробормотал Лер.

Веста открыла глаза. Страх? Нет, страха не было. Уж Лера она точно не боялась, даже когда он впадал в дикое безумие. Но ведь всего однажды. А теперь у них все хорошо.