Сожги меня дотла

А Веста словно растеряла все свое смущение, отвечала не менее пылко на каждое движение влажного языка и требовательного рта.

Девушке нравилось чувствовать, как дрожит от напряжения Лер, вжимая ее в мягкий матрас. Как судорожно хватает носом воздух. Как неистово колотится сильное мужское сердце под девичьими ладонями.

– Я ведь правда не одна из многих, Лер? – выдохнула Веста, когда поцелуй на секунду прервался.

Ей так хотелось быть особенной для него. Хотелось, чтобы темный взгляд смотрел только на нее. Хотелось, чтобы Лер улыбался только ей. Хотелось…

Хотелось непозволительно много. Но ведь все эти желания и мечты оставались только в ее голове, а потому можно и дальше мечтать об этом мужчине.

Лер не ответил. Не мог найти слов. Его трясло и сворачивало в бараний рог. Его корежило так, что, кажется, сердце просто не выдержит.

Но девчонка ждала ответа. Даже не глядя в зеленые омуты, Лер понимал: ждала.

А он боялся ее спугнуть. Огорошить признаниями. Боялся, что не поверит она его словам.

Однако и молчать нельзя.

– Ты моя, – хрипло произнес Лер, обхватив голову Весты ладонями и заставляя девушку смотреть на него. – Моя единственная.

Поверила ли? Лер не знал. Но Веста скопировала его движение, точно так же обхватила ладонями его лицо. Провела пальцами по щекам, вискам, подбородку.

И улыбнулась.

Улыбнулась так, что в грудине у Лера сладко заныло, сжалось в тугой узел.

– Тогда поторопись, родной, а то у меня там настоящий вулкан, – тихонько призналась Веста.

Ну ведьма же! Ведьма!

Потому что после этих слов Лер ни о чем не смог больше думать. Еще и под сорочкой у Весты не оказалось белья.

Бездна! Это ведь сдохнуть можно от сердечного приступа!

И Лер реально испугался, что так оно и случится. Но ведь от такого и умереть на страшно, да?

Тонкая ткань одежды Весты сбилась до самой талии, открывая мужскому алчному глазу стройные бедра и плоский живот.

А Лер не удержался, сдвинулся так, чтобы удерживать Весту руками, и принялся покрывать жадными поцелуями тонкую кожу, не скрытую тканью. От каждого прикосновения Веста вздрагивала. Ее пальцы все сильнее вжимались в плечи Лера. Наверное, и следы останутся. Но Адамиди был рад получить такие метки от любимой девушки. Кайф же! Настоящий кайф!

Прикосновения и поцелуи становились все откровеннее и глубже. Лер сам с трудом сдерживался. Но нужно терпеть.

Веста извивалась в его руках, а Лер не останавливался. Целовал, ласкал, наблюдал за тем, как розовую плоть орошает влага страсти Весты.

– Твою мать! – пробормотал Лер, проник пальцами в манящие глубины. Изучая, растягивая, подготавливая для себя.

Веста чувствовала себя так, будто рухнула в океан с обрыва. Яростный и мощный, он тут же захватил ее в свой плен. Не вздохнуть, не выдохнуть.

Остался только хриплый шепот Лера.