Совушка ее величества

И тут до меня донеслись многочисленные возгласы удивления и недоверия.

Палево! Какое палево!!!

Хватило мгновения, чтобы понять: мы в центре всеобщего внимания, причем всего в паре десятков метров от трона. И по обескураженному взгляду Амидайлы видно, что она тоже ничего не понимает.

Скандал, да? Теперь если он заявит, что мы сияем, королева просто не посмеет обвинить его при всех в подлоге. Иначе окажется, что она все знала и попустительствовала.

Она будет обязана подтвердить.

Мысли промелькнули в голове всего за секунду или две, но танец закончился, и нас уже окружили гости, не подходя слишком близко и оставляя место для маневра. Они перешептывались, кто-то даже радовался, но больше было тех, кто откровенно удивлялся.

Ах, ну да – у меня на лице не радость, а ярость, да и жених что-то кривится и шипит сквозь зубы.

Что ж, сейчас он будет шипеть еще громче.

Секунда на концентрацию, еще секунда на то, чтобы вырвать свои руки из ослабевшего захвата, шаг в сторону – и мое сияние пропадает, как не бывало.

Ну? Что ты скажешь на это, глупый лорд?

В толпе раздались недоумевающие возгласы, те, кто уже сиял, испуганно переглянулись и крепче стиснули руки друг друга, а те, кто только что говорил о невероятном, неестественно ярком сиянии, поперхнулись и закашлялись. Обстановка накалялась, коршун смотрел на меня так, словно уже был готов убить. И тут слева от меня раздался ироничный, но довольно громкий голос Элидайро:

– Вот именно об этом я вам и говорил, Виктория. Вы слишком заманчивая добыча, и кое-кто не слишком чистый на руку может попытаться заставить вас засиять принудительно. Радует, что магия этой ночи все-таки им неподвластна, и вам достаточно лишь отпустить руку, чтобы навязанное сияние сошло на нет.

Слова были невероятно правильными и произнесены настолько вовремя, что я заподозрила нового главу клана Шинайо в тайном знании, а может, даже и в том, что он был посвящен в план королевы. Впрочем, в данный момент это было не сильно актуально – намного важнее сейчас обезвредить того, кто до сих пор светился, но уже в одиночестве. Судя по его побелевшим губам и яростным желвакам, заигравшим на скулах, в руки правосудия он сдаваться не собирался.

– Да неужели? – Элидайро шагнул ближе, и дальше произошло то, отчего толпа ахнула, – он прикоснулся к Картису и мгновенно засиял.