Совушка ее величества

И она накажет каждого, в этом даже нет сомнений…

Но что будут делать те, кто познает на себе коварство подмены истинного сияния? Как она посмотрит в глаза этим девушкам и женщинам? Она обязана пресечь на корню даже саму мысль о подлоге в эту волшебную ночь!

Словом, это оптимальный вариант.

– Юмирай, добрый день… – Вызвав ястреба к себе в кабинет, за дверями которого встали на страже два гвардейца-коршуна, королева выглядела безмятежной и достаточно уверенной в себе, но ястребу хватило секунды, чтобы понять: как любила выражаться Вика, «западло» начало происходить. – Присядь, пожалуйста. И прежде чем вспылишь, выслушай меня до конца…

Выслушал. Молча. Внимательно. Не перебив ни разу и даже не поведя бровью. Лишь почерневшие провалы глаз и скрипнувшие подлокотники выдали его истинные чувства. И спустя долгие десять минут напряженного тягостного молчания Юмирай тихо уточнил:

– Да, и она уже согласилась.

– Что ж… – Прикрыв глаза, в которых черным огнем полыхнула сама Бездна, Юмирай усмехнулся, но тон его был неизменно вежлив. – Я не буду говорить, что станет с окружающими, если на ней будет хоть одна царапина. Я не буду угрожать и делать громкие заявления. Но вы сами понимаете, да? Я просто потребую плату. И выражаться она будет в кровавых слезах тех, кто навредит ей даже косвенно.

Ястреб замолчал, жестко поджав губы, и королева была вынуждена кивнуть, принимая условия сделки. А ведь, в случае чего, и она будет одной из косвенных участниц…

Но жизнь не так проста, как хотелось бы. И даже близкие в какой-то момент могут стать очень далекими, когда начинают играть чужими судьбами.

– Юмирай, обещаю, я приму все возможные меры.

– Буду очень признателен. – Рывком встав и сдержанно поклонившись, ястреб повторил: – Час. В девять я заберу ее даже в том случае, если вы не поймаете ни одного подонка.

Лорд ушел. И лишь когда за ним закрылась дверь, королева смогла выдохнуть. Казалось бы, так просто – взять и запретить, потребовать абсолютного подчинения, но… Но она не смогла. Именно этим двоим она приказывать не могла, а могла лишь просить и надеяться на то, что они выполнят ее просьбу. Жестокую, но такую необходимую.

Не удержавшись и через секретаря отложив две последующие, не очень значимые встречи, Амидайла одним взмахом руки создала портал и вышла из него в комнате своего любимого и такого несносного дракона.

– Ами? – Дракон что-то чертил в тетради за рабочим столом, но стоило в комнате появиться его ненаглядной, да еще и с нервно подрагивающими губами, как тетрадь была забыта, а все исследования отброшены до лучших времен. – Золотко, что случилось? Тихо-тихо… иди ко мне.