Современный детектив. Большая антология. Книга 1

За знание стихов «оттуда», навсегда отпечатавшихся в ее памяти, она обязана благодарить — или проклинать — своего отца.

Отец! Когда-то она относилась к нему с благоговением, воодушевлением, возможно даже — любовью и постоянно искала его одобрения, хотя он и отличался удивительной скупостью на похвалы. В редкие минуты своего присутствия он всегда интересовался только Библией, и она заучивала тексты наизусть и потом декламировала их, чтобы удостоиться внимания и похвалы — совсем как обезьянка шарманщика. Мать, к тому времени окончательно спившаяся, была ничем не лучше.

Однажды она метко заметила, что жизнь в Африке была тягучей и бесперспективной, ей казалось, что она находится в помещении, в котором слабый вентилятор гоняет по кругу горячий спертый воздух. Время теряло всякий смысл, а скудость доступных развлечений и удобств только подчеркивалась суровостью бытия.

Монро мало знала о семейной жизни родителей, но одно не вызывало сомнений: они прибыли в качестве миссионеров в Камерун, уже не собираясь заводить детей, поэтому если они и совершили ошибку, то этой ошибкой была она.

Вот почему с детства она была предоставлена сама себе, ее друзьями стали местные сорванцы, а игровой площадкой — разбитые дороги вокруг небольшого поселка в горах. Она бегала в таких же лохмотьях, как и остальные ее сверстники, и тоже босиком, играла в футбол, забивая сдутый мяч в воображаемые ворота, и вместе со всеми прыгала с дороги в кювет, пропуская редкие машины. Она утоляла жажду водой из реки, училась молоть сушеную маниоку и готовить пищу в огромных алюминиевых кастрюлях на открытом огне, могла распознавать местные растения, заменявшие овощи, а иногда торговала фруктами на рынке. Она говорила на местном языке и знала примятые здесь обычаи.

Однако в отличие от жилищ других ребят в ее доме был кондиционер, холодильник, служанка и повар. Отца возил водитель, а за садом присматривал садовник. В этой идиллии она проживала до тринадцати лет, когда родители, решив проявить заботу, отправили ее учиться в Дуалу, в американскую школу. Это была своеобразная разновидность школы-интерната, где разрешалось ночевать и питаться у друзей семьи. Сначала исподволь, а потом уже открыто она начала проявлять свою незаурядную индивидуальность. Из дома она вынесла лишь библейские цитаты — пустые слова, обернувшиеся полным забвением родителями своей собственной плоти и крови ради спасения душ чужих.

Проходя мимо номера Брэдфорда, Монро вздохнула. Дверь была открыта, и она поняла, что ее отсутствие ночью не прошло для него незамеченным. Скорее всего он тоже не спал и охранял вход на крышу. Она не стала делать вид, что пытается проникнуть в свой номер незаметно, просто открыла дверь и направилась в душ.