Совращенная

Когда они вышли, Сара показала ей четырехэтажное здание на противоположной стороне улицы:

– Это и есть притон, два верхних этажа.

Теперь Александра поняла, что дети не просто так становятся ворами. Поскольку обществу нет никакого дела до обездоленных, им ничего не остается, как самим о себе заботиться.

– Я тоже оказалась бы там, если бы не Мэгги Филд.

– Расскажи мне о ней поподробнее. Что с ней случилось?

Сара покачала головой.

– Скорее всего я заменила ей родную дочь, которую она потеряла при трагических обстоятельствах и винила в этом себя.

Дома, на Беркли-сквер, юных любительниц приключений застукала Дотти. Леди Лонгфорд окинула неодобрительным взглядом закутанную в шаль Сару и плохо одетую Алекс.

– Мне нужно поговорить с тобой, Александра.

Дотти направилась в свою комнату, Алекс последовала за ней.

– В прошлый раз я решила, что ты шутки ради переоделась мужчиной. В какие игры ты играешь, Александра?

– Я занимаюсь тем, что мне по душе, Дотти: изучаю общество и пишу статьи в газету. В мире столько несправедливости! С ней надо бороться! Хотите, я покажу вам свою заметку про мальчиков-трубочистов?

– Я читала ее в «Политикал реджистер». Впечатляет, конечно, но что сталось с твоим предполагаемым романом? Подобное занятие в утреннем платье за письменным столом куда больше подходит леди.

– Все романы – чушь несусветная! Нам нужны реформы, а правительство и не чешется. Мои статьи помогут воспламенить сердца публики, а она, в свою очередь, заставит правительство действовать. Следующая моя статья будет на тему притонов. В мужской одежде передвигаться по Лондону и проще, и безопаснее.

– А если я запрещу тебе это? – с воинственным видом спросила Дотти.

– Умоляю вас! – взмолилась Алекс, сложив ладошки у груди. – Прогулки с Сарой дают мне долгожданную свободу и открывают глаза на то, что происходит за пределами высшего света. Я чувствую себя живой и нужной. Они также расширяют мой кругозор, ведь ни в одной книге не прочтешь о том, что я вижу собственными глазами.

– Бред! Думаешь, подобные аргументы способны меня убедить? Ты должна извлечь максимальную выгоду из пребывания в Лондоне, Александра. Вращаться в свете и пользоваться его благами. Мужчинам не нужны барышни, посвятившие жизнь благим деяниям, они считают их фанатичками!

– Обещаю не превращаться в фанатичку! Прошу вас, позвольте мне изведать жизнь до того, как приговорите меня к браку.

– Ты должна пообещать мне гораздо больше, Александра.

Готовая на любые уступки, Алекс ухватилась за соломинку:

– Что угодно в пределах разумного.

– Я позволяю тебе слоняться по Лондону, как того требует твое призвание, а ты клянешься в будущем году выйти замуж за лорда Хаттона.