Совращенная

– О, Руперт, вы так романтичны! Не забыли, что я сегодня собиралась в парк. – Оливия сложила зонтик и передала служанке. – Не хотите ли прокатиться со мной? – Оливия провела рукой по сиденью, стыдливо опустила ресницы и вновь взмахнула ими.

– С преогромным удовольствием, леди Хардинг. – Руперт спешился. – Можно я привяжу лошадь к вашему экипажу? – Он забрался в фаэтон, сел рядом с Оливией, кивнул служанке и положил шляпу на сиденье.

– Руперт, называйте меня просто Оливией. Давним друзьям простительны подобные вольности. – Она робко улыбнулась и укрыла его своим пледом.

Он хотел было возразить, что в такой теплый день не нуждается в пледе, но тут почувствовал, как рука Оливии легла ему на бедро. Он вспыхнул и бросил взгляд на служанку, но ту интересовали исключительно деревья Гайд-парка. Он поспешно накрыл ладонью пальчики Оливии и совсем растерялся – что же ему дальше-то делать?

Однако Оливия оказалась не робкого десятка. Она быстро повернула руку ладонь к ладони и многозначительно пожала пальцы Руперта.

Его тело тут же отреагировало, в паху стало жарко, член напрягся буквально в дюйме от их сомкнутых рук. Пытаясь соблюсти приличия, он отодвинул руку в сторону, но теперь она оказалась на бедре Оливии.

– Простите меня, – взмолился он.

Оливия сжала его пальцы.

– Мне нравится ваша пылкость, – горячо прошептала она, скользнув их сомкнутыми ладонями по своему бедру и водрузив их на свое лоно.

Кровь пульсировала внизу живота, и Руперт возблагодарил Бога за плед. Он имел несколько сексуальных связей с женщинами, но впервые преступил границы дозволенного с дебютанткой из приличной семьи. Ему вдруг пришло в голову, что порядочные девушки тоже бывают страстными. Эта мысль привела его в неописуемый восторг и придала храбрости. Руперт легонько погладил большим пальцем лобок Оливии и с радостью заметил, как расширились ее зрачки. Ее жар проник в его пальцы, он еще крепче прижался к ней и сделал круговое движение. Наградой ему стала реакция Оливии – девушка выгнулась, сделала глубокий вдох и задержала дыхание. Его петушок напрягся еще сильнее, грозясь порвать рейтузы.

Оливия раздвинула ноги, пропуская его дальше, и прошептала:

– Я хочу, чтобы вы вошли внутрь.

От столь откровенного предложения у Руперта пересохло во рту.

– Я хочу, чтобы вы вошли внутрь и выпили со мной чаю.

Руперт тряхнул головой и лишь теперь сообразил, что они подъехали к дому Хардингов на Кларджес-стрит. Справившись с минутной паникой, он прикрылся шляпой и помог Оливии выйти из фаэтона.

– Вели груму позаботиться о лошади его светлости, Эмили, – приказала Оливия служанке, взяла Руперта под руку и не отпускала, пока они не оказались в гостиной. Там никого не было, и девушка прильнула к своему кавалеру.