Совпадений нет

– Гостье вашей."

"Я ошалело просверлил его взглядом и, чувствуя, как адреналин шарахнул по крови, сдержанно поинтересовался:

– Ты ниче не путаешь?

Солдат в замешательстве мотнул головой.

– Да, вроде нет. Лично видел в бумагах – Получатель: Вероника.

– Вероника значит, – протянул я, напряженно глядя на букет. – Дай-ка сюда это богатство.

Парень с энтузиазмом передал мне ношу и отступил.

– Может и отправитель видел кто? – холодно спросил.

– Не указан был.

– Ясно. Свободен.

Пребывая где-то в прострации, я неспешным шагом направился к лестнице. Поднялся на второй этаж и толкнул дверь в ее комнату.

Просто в башке не укладывалось. Реваз? Или еще какой поклонник имеется?

Вспомнился утренний звонок от друга и чаша весов перевесила в его сторону. Уж больно настойчиво он увидеться сегодня хотел. И причину в интриге оставил. Есть, чем меня удивить?

Бросив веник на кровать, я приземлился рядом, задумчиво покачивая коробку в руках. Не удержался. Открыл. Какая-то неведомая хрень насыпью занимала почти всю ее, а сверху торчала аккуратно-сложенная белоснежная бумажка.

Безуспешно пристыдив свое разгоряченное любопытство, я развернул записку и поджал губы.

«Твой образ навсегда в моем сердце…»

В грудь, будто кулаком зарядили и, откинув сопливое послание в сторону, я резко выдохнул.

– Что за стратегии, Реваз?

Меня коробило от понимания, что придется кое-что грубо донести другу, но с чего такие вензеля красноречивые в сторону Ники?

Как назло вспомнился его внезапный уезд из горного отеля в ту ночь. Неужели узнал, что Мышка у меня осталась, и поэтому с оцарапанным самолюбием решил свалить?!

Нет…

В сознании упрямо не плелась ни одна полноценная догадка. Ни одна мысль не складывалась в картинку – где-то так или иначе не доставало пазла!

Мой взгляд вдруг застыл и упал в коробку, наполненную деревянными кусками. Небрежно раскидав их пальцами, я выцепил один более-менее крупный и хмуро пригляделся.

Твою мать…

ВЕРОНИКА

– Да, что там, Ника? – нетерпеливо повторила Лана.

Темурез вдруг перевел взгляд на сестру и его ответ звоном отразился от стен:

– Ты.

---

Она растерянно раскрыла рот и зависла.

– Что?..

В карих глазах отразился испуг, а в моих обреченность и тяжесть стыда, опутывающего мою грудь тугим хомутом с каждым новым вдохом.

– Странный подарок, не считаешь? – наводящим тоном обратился ко мне Тем. Для него все уже было очевидно. И чувствовало мое сердце, что после этого разговора для нас обеих все изменится безвозвратно. – Ты ведь уже в курсе, что к нему прилагался большой букет роз...

– Я все объясню! – вдруг выпалила Лана, нервно заломив руки и виновато посмотрев на брата.

Однако он неожиданно остановил ее с ледяным спокойствием:

– Не стоит. Вряд ли ты мне скажешь что-то новое, Милана.