Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Тогда, на излете тридцатых, несмотря на провозглашенную государственным обвинителем Вышинским максиму «Признание – царица доказательств», писатели и публицисты немало рассуждали о презумпции невиновности. В меру сил боролся с необоснованной подозрительностью коллег и Иван Николаевич Про­нин – сторонник гуманного правосудия. В истории с мексиканской агавой подозрение поначалу падает на человека по фамилии Иванов. Кажется, все факты против Иванова. Но Пронин, подобно Шерлоку Холмсу в деле подрядчика из Норвуда (кстати, любимый дойловский рассказ Корнея Чуковского), выручает невиновного. Холмс отправляется к родителям подозреваемого в убийстве Макфарлейна, Пронин – в семью Иванова. Оба они убеждаются в добром нраве подозреваемых. Пронин – противник скорой расправы над своими клиентами. Во времена грандиозных шпионских процессов, когда при рубке леса во все стороны летят щепки, это качество было особенно ценным.

А футбольные матчи любил не только майор Пронин. Лев Овалов сам был заядлым болельщиком, до последних дней следившим за футбольными и хоккейными ристалищами. Несомненно, и в тридцатые годы Овалов слыхал рассказы об уникальном форварде – рыжем Федоре Селине, который мог на голове пронести мяч от своих до чужих ворот, подбрасывая его и снова ударяя макушкой. Никто не мог отнять мяч у Селина. Никто не мог одолеть майора Пронина. Таких людей невозможно победить, их можно только уничтожить…

«Куры Дуси Царевой» – одна из самых головоломных историй, в которой Пронину удалось разоблачить хорошо законспирированного врага, а иностранному резиденту (им, конечно, оказался Роджерс) снова удалось скрыться. Только в рассказе, который Овалов назвал по-скрибовски – «Стакан воды», – Роджерс оказался в руках советской контрразведки. О, писатель обставил это событие как полагается – с длинными мхатовскими паузами, с шутками и прибаутками, на фоне которых великое событие – захват Роджерса – воспринимается с особой остротой. Казалось бы, после этого дела Пронину можно уходить на покой – главный противник уничтожен. Однако приключения Пронина продолжились, – и мы продолжим разговор о феномене непревзойденного майора в следующих выпусках оваловской пронинианы.

4

…А Лев Сергеевич Овалов, не обращая внимания на всенародную славу майора Пронина, которая включала и разгромные рецензии в главном литературном журнале страны, и даже пародию Зиновия Паперного на роман «Секретное оружие», продолжал работу.

В 1956 году писатель был реабилитирован, восстановлен в партии с сохранением полного стажа и снова поселился в Москве. Из ссылки он вернулся вместе с новой женой – Валентиной Николаевной.