Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Домовитая водяная курочка неслышно пробежала по ряске. Иван вспомнил о ружье, снял с плеча, положил рядом. Дичи было много, и он не торопился: что толку стрелять, если шлепнется сбитый крыжак в воду — не достанешь. Нечай выждал, пока летевший прямо на него крупный селезень поравнялся с береговой кромкой, и только тогда вскинул ружье. Он услышал, как шлепнула дробь по тугому перу — селезень кувыркнулся, забил косыми крыльями по траве.

Почти тотчас же. где-то неподалеку тоже раздался выстрел, и эхо его покатилось по воде. «Эге, не один я здесь», — подумал Нечай и на всякий случай переложил пистолет из кармана за отворот ватника. Он прилег, слился с землей, ждал. В дальней затоке показалась лодка. Кто-то сноровисто работал веслом — узкая душегубка стрелой резала воду. Она выскочила на широкий разлив, гребец встал, из-под руки всмотрелся в прибрежные камыши. Это была Влада. Нечай тоже поднялся, призывно махнул рукой:

— Гей, на лодке!

Посудина мягко прошуршала по дну, ткнулась в бережок.

— Садись, Иване, — гостеприимно пригласила Влада. Она была в брюках, в стеганой куртке, ружье и патронташ лежали на скамеечке.

— Сейчас, только утку подберу.

Лодка была неустойчива, при резких движениях едва не черпала бортом воду, но только на такой узконосой, вытянутой в длину долбленке и можно было пробраться сквозь густые камыши.

— Одну сбил?

— Раз и стрелял. Какая охота с берега?

— Тогда приготовься — сейчас пойдут самые утиные места.

В камышах много полянок — окон. Небольшие, затянутые ряской, укрытые со всех сторон густым тростниковым камышом, они служат надежным дневным пристанищем уткам. От полянки к полянке — узкие тропки по воде, проложенные неизвестно кем. Влада отлично знала здесь все, гнала легкую, быструю лодку, казалось, прямо на непроницаемую камышовую стену, а за нею вдруг оказывался «пятачок» чистой воды. С треском, паническим кряканьем взлетала утка, и Нечай бил влет, навскидку, едва успевая перезарядить ружье. Влада разрумянилась, работая веслом, сбросила куртку. Они не разговаривали, было не до этого: оба увлеклись, оба с трепетом ждали, когда вырвется из камышей следующий крыжак, потом еще и еще…

— Досыть! — первой опомнилась Влада. — Добрый же переполох мы подняли! — засмеялась она, показывая Нечаю на вспугнутых уток, которые на бреющем носились над озером.

Нечай отложил ружье, повернулся к девушке.

— Ну и молодчина ты, Влада! — с искренним восторгом сказал он. — Так на уток вывозить! Правду говорят, что ты лесная королевна.

— Кто говорит? — встрепенулась Влада, и темные брови ее сошлись на переносице.

— Наши хлопцы, зеленогайские.