Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

— Итак, Алексей Иванович, приступим к делу, — говорит Насонов, после того как расставил посуду и налил в стаканы чай. — Угощайтесь.

— Спасибо. Потом, — сказал я. Мне не терпелось скорее приступить к делу.

— В этом тайнике — посмотрите, как он ловко устроен, — есть все необходимое для шпионской работы. Даже деньги. Для стимула… Посмотрите внимательно на все то, что было заложено в тайнике. И пощупайте руками. А я пока побалуюсь чайком.

Я начал рассматривать содержимое тайника. Знакомая мне тайнописная копировальная бумага. Таблетки для проявления тайнописи. Кодовые таблицы, шифрблокноты. Инструкции. И деньги. По двадцать пять рублей. Щупаю руками.

— Ну что, приступим?! — И, не дожидаясь моего ответа, Насонов продолжал: — Алексей Иванович, исходя из требований Роджерса, мы подготовили ему ваше первое сообщение. Познакомьтесь, а затем обсудим. — Он передал мне исписанный лист бумаги. — Имейте в виду, чай имеет свойство остывать, — напоминает он."

"Сейчас мне не до чая. Однако пришлось отхлебнуть глоток. Я беру отпечатанный на машинке лист бумаги. В нем сообщалось о возникших у меня трудностях в установлении контакта с Фокиным. Указывалась и причина — большая занятость его и болезнь. Через Марину удалось узнать, что Фокин много работает, даже без выходных. Что касается Марины, то она встречается по-прежнему с Виктором, и, кажется, дела идут к помолвке. Далее объяснялось, при каких обстоятельствах были мною уничтожены средства тайнописи. Затем следовала просьба направлять письма на «до востребования» и указывался адрес. Обосновывалось это моей безопасностью.

— Может быть, указать, что я был с ним на рыбалке? — заметил я.

— Не будем спешить.

— Других замечаний у меня нет.

— В таком случае — за дело.

Я беру необходимые принадлежности и начинаю зашифровывать текст своего первого сообщения. «Лиха беда начало», — вспомнил я слова Насонова.

— Знак благополучия не забудьте поставить, — напоминает между делом мне Насонов.

— Как можно, Владимир Николаевич?

Очевидно, Насонов почувствовал в моем голосе обидные нотки, тут же откликнулся:

— И на старуху бывает проруха.

Когда все было готово, я передал сообщение Насонову.

— Итак, Алексей Иванович, пошла игра в поддавки. Лиха беда начало. Не мешало бы по этому поводу и по рюмочке. Как?! — И Насонов лукаво подмигнул.

— Так я ведь с вашей помощью бросил пить. Развращаете?!

— В таком случае оставим для более подходящего момента, — тут же согласился Насонов.

На том и порешили.

Итак, первая ласточка, как сказал Насонов, прилетела, а теперь полетела наша.

Я все больше и больше втягивался в этот процесс.