Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

 — А ты того, ничего, — как бы между прочим, заметил он, оглядывая меня с ног до головы.

Я начал свой немудреный рассказ. День в конторе был неприемный. Нам никто не мешал. Я видел, как горели глаза у Кати и как иногда неодобрительно покачивала головой тетя Маша. Только Савельев сидел с невозмутимым видом,

— Живут там, черт возьми, здорово. Всего полно. Никаких очередей, — подвел я итог, — Конечно, кто может.

Наступила пауза.

— Да, живут… — Катя вздохнула.

Тетя Маша даже не взглянула на нее.

— И все же я так скажу, Алексей Иванович, — обратилась она ко мне. — Я не хотела бы там жить. Нет, не хотела. Пусть мне здесь порой трудно приходится и не всегда куплю нужную для себя и дочери тряпку и подолгу простою в очереди, но от этого не умрем. Собственно, все у нас есть. И крыша над головой, и хлеб… Главное, люди добрые окружают. Ну что еще человеку нужно?.. Курточку с застежками?

Савельев, не удержавшись, захлопал в ладоши.

— Я малограмотная, мил человек. Грешно тебе над словами старухи смеяться…

— А я не смеюсь, — серьезно сказал Савельев. — Все правильно… Молодец, бабуся.

Я невольно провел ладонью по застежкам своей модной куртки.

— Ничего себе! Встретили.

В комнате повисло неловкое молчание. Выручила Катя.

— Завидую вам, Алексей Иванович. Посмотрели заграницу. А тут сидишь как проклятая, кроме жировок, ничего не видишь…

— Ладно, жировка, помолчи, — прервал ее Савельев и обратился ко мне: — Небось, пижон, навез барахла-то невпроворот. Давай хвались дальше.

Говорил он с улыбкой. Но все равно я улавливаю в его тоне неодобрение. «Хорошо, — решил я, — сейчас посмотрим, как вы запоете».

— О вас тоже позаботился. Перепадет кое-что! Вот, берите. Не передеритесь только! — И я подал сверток тете Маше.

Она почему-то сразу передала его Савельеву. И тот не стал разворачивать, а протянул подарки Кате.

Что же Катя, замешкалась? Я вынужден был сам заняться свертком.

— А ну, бабоньки, налетай. Кому?

Но все стояли неподвижно и молчали.

— Подумаешь, невидаль какая. «Не передеритесь»! Чтоб в горле у тебя пересохло. Я, мил человек, привыкла на трудовую копейку покупать. — Тетя Маша, демонстративно хлопнув дверью, вышла из комнаты.

— Савельич, не зевай, а то раздумаю… — Я еще пытался шутить.

— Ты и вправду обнаглел, купец. — Он тоже повернулся и ушел.

— Сдурели оба: одна — от старости, другой — от молодости. Пусть мне будет хуже. Я все беру. Спасибо, Алексей Иванович, если еще что надумаете, тащите сюда. Сгодится… — И Катя решительно забрала у меня сверток.

Я растерянно смотрел на дверь, за которой скрылся Савельев. И тут только вспомнил, что забыл привезти ему марки.

— Жирно будет. Разберемся, — грубо отрезал я и выхватил у Кати сверток.

— Ну и жмот, — вздохнула Катя.