Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Тем, кто упрекнет Овалова в патриотической самонадеянности, мы советуем представить себе поведение современных российских пропагандистов, если бы сейчас, в XXI веке, наша страна добилась хотя бы десятой части тех успехов — “весомых, грубых, зримых”…

2

Секретное оружие, о котором говорится в романе Льва Овалова, давно известно нашим читателям по “Военной тайне” Аркадия Гайдара. Помните Мальчиша-Кибальчиша? Да и герои “Медной пуговицы” одолевали превосходящие силы противника прежде всего своей неподкупностью и железной волей. Несокрушимый дух советского человека был темой многих произведений разных жанров. Популярный лозунг: “Слава народу-победителю!” превратился в пустые словеса только для иронически настроенных молодых людей семи­десятых. А в начале шестидесятых военная тайна Гайдара действовала успешно, покоряя космос, открывая силу лазера и обнимая победительного Фиделя Кастро…

Об эту несокрушимую силу, для выразительности олицетворенную женщиной, и предстояло разбиться помыслам американских шпионов в романе Овалова. Космическая эпопея, конечно, стала самым важным событием эпохи. Запуски первых спутников, полеты Юрия Гагарина и Германа Титова воспринимались как прямое продолжение Победы 1945-го. Что же дальше? Еще малость поднатужиться, потерпеть — и… Страшно даже подумать, но Хрущев четко произнес это слово — “коммунизм”. Причем со смягченным “з” — такой говорок был у первого секретаря.

Новый роман Овалова должен был отвечать требованиям времени. Превосходное, динамичное начало — на первых страницах автор знакомит нас с семьей талантливой советской ученой дамы и с одиссеей американского шпиона, которого засылают в СССР, чтобы склонить ученую даму к работе на США. Он должен доставить ее в Штаты — хоть по доброй воле, хоть силком. Хрущевский Советский Союз встречает засланного на самолете резидента добротой шоферов-бес­се­реб­ре­ни­ков и прекрасными пирожными в кафе “Огни Москвы”."

"Это было приметное местечко в гостинице “Москва”, над колоннадой. Великолепный вид на Александровский сад и Кремль поражал и москвичей, и гостей столицы. В “Огни Москвы” ходили и семьями — на пирожные, и мужской компанией — на коньяк. В этом заведении подавали и водку, а ассортимент холодных и горячих блюд не уступал рестора­нам. С гостиницей “Москва” связан и сюжет “Голубого ангела” — что и говорить, историческое здание, концентрирующее эстетику советского времени. В девяностые годы кафе “Огни Москвы” пришло в упадок. Сейчас я пишу эти строки — а гостиницу “Москва” разбирают. По плану, на ее месте будет выстроена копия — в точности по замыслам архитектора Щусева. Конечно, это уже будет “не тот боржом”.