Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Весенней негой утомлен,

Я впал в невольное забвенье:

Не знаю, долог ли был сон,

Но странно было пробужденье…

Ни тени слабости, ни признаков малодушия не должны увидеть те, кто рассчитывает на ее слабость и малодушие. Она не Трубецкая, не Волконская, не Космодемьянская, но все они — ее сестры… Русские женщины!

Бог весть, увидимся ли вновь,

Увы, надежды нет.

Прости и знай: твою любовь,

Последний твой завет

Я буду помнить глубоко

В далекой стороне…

Не плачу я, но нелегко

С тобой расстаться мне!

Она сердилась на себя за то, что чувство жалости к Леночке на какую-то минуту заставило ее потерять осмотрительность…

В свое последнее посещение этот неизвестный офицер выразил ей свое сочувствие.

— Вероятно, ваша дочь очень о вас тревожится, — сказал он. — Мы можем переслать в Москву ваше письмо. Ничего лишнего, конечно, ни где вы находитесь, ни как с вами обращаются, никаких подробностей, несколько ободряющих слов. Если хотите, напишите записку…

И она захотела! Фактически этот офицер продиктовал ей записку. Она растерялась от неожиданности, от возможности хоть что-то сообщить о себе, и офицер подсказывал ей слова: “Не беспокойся обо мне, все будет в порядке. Держи себя в руках…”"

"А вот сама она не сумела держать себя в руках! Ничего не надо было писать. Кто знает, для чего понадобилась записка. Может быть, нужен ее почерк, может быть, хотят обмануть Леночку… Мария Сергеевна простить себе не могла, что на какое-то мгновенье поддалась слабости…

Мария Сергеевна задумалась. День сейчас или ночь?

Дверь отворилась… Опять этот офицер! Никаких записок больше она писать не будет…

Офицер вошел и тотчас захлопнул за собой дверь.

— Добрый день, — поздоровался он.

Говорит — добрый день, а на самом деле сейчас может быть ночь…

Он взял стул и сел у стола.

— Поговорим, — произнес он.

А о чем говорить, если эта женщина вообще не хочет разговаривать. Ее посадили в тюрьму, она отлично понимает, что это не шутка, понимает, чего от нее хотят, и после всего этого желает, изволите ли видеть, читать стихи!

Неужели эту женщину не тяготит одиночество?

— Вам не скучно здесь? — осведомился офицер.

— Напротив, — сказала Мария Сергеевна, — Мне очень весело. В вашем обществе и в обществе Вайолет.

— Вайолет славная девочка, — возразил офицер. — Она тоже жалуется, что ей с вами невесело. Она любит теннис, музыку, танцы, мечтает о том, чтобы ее отпустили…

— Так отпустите ее, — сказала Мария Сергеевна.

— Только вы можете ее отпустить. Все зависит от вас. Можете отпустить и ее, и себя. Вам предлагается выгодная сделка. Вы посвящаете нас в суть открытия своего шефа, а взамен…

— Вы не хотите позавтракать? — предложила вдруг ему Мария Сергеевна.

— Я уже пообедал, — нечаянно вырвалось у ее собеседника, не ожидавшего такого вопроса.