Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Здоровый! Может, и связываться не будем: попросим местных товарищей, они его нам спеленают и на блюдечке с голубой каемочкой поднесут.

— Не болтай! Я просто так спросил, для сведения.

Посовещавшись, они решили арестовать Донорова ночью, когда город будет видеть вторые сны. Так спокойней, не будет шума. Разработали план, по которому все трое подойдут к одиннадцатому номеру. Перминов постучит и, окликнув жильца по имени, скажет, что ему не спится и хочется поговорить. Как только тот повернет в дверях ключ, Перминов рывком распахнет дверь и возьмет его на мушку…

Однако неудачи начались сразу же. Доноров в гостинице не ночевал, и три безуспешные попытки убедили сотрудников отложить арест до утра.

…Доноров пришел в гостиницу только к одиннадцати часам утра. Усталый, в запыленных башмаках, видно, ходил в станицу, чтобы увидеть сына.

Перминов пошел первым, как и условились. Он остановился перед дверью одиннадцатого номера и прислушался. Из-за двери не доносилось ни звука. Капитан постучал.

— Чего надо? — ответил недовольный голос Мишки.

— Николай, это я, Петр Перминов. Хотел поговорить…

Заскрипела кровать, Перминов в волнении сжал рубчатую рукоятку пистолета и весь напрягся, как спринтер перед стартовым броском. Ключ щелкнул в дверях, Петр резко толкнул дверь. Она отскочила и, ударившись обо что-то подпиравшее ее изнутри, дала щель не более пятнадцати сантиметров. Перминов увидел удивленное лицо Мишки. Взгляд Донорова быстро скользнул по руке с зажатым в ней пистолетом. В следующее же мгновение Мишка отчаянно метнулся в сторону. Испытанный прием не подвел его. Где бы он ни останавливался ночевать, он всегда принимал свои меры предосторожности. Закрыв двери на ключ, он подтаскивал к ним тяжелый стол или гардероб, ставил их с таким расчетом, чтобы дверь открывалась не больше, чем на десять-пятнадцать сантиметров. Мишка где-то вычитал об этой хитрости. Пока человек с другой стороны, прилагая усилия, оттолкнет преграду, необходимых несколько секунд будет выиграно.

Так он поступил и на этот раз. Как Доноров ни устал и ни был измучен’ изнурительной жаркой дорогой, он все же подтащил к двери стол и только тогда, не снимая пиджака, повалился на чистую белоснежную кровать.

…В считанные доли секунды он перемахнул комнату и, бросив свое тело со всего размаху на оконную раму, вылетел вместе с ней на улицу. Звон разбитого стекла, треск ломаемого дерева — все, что успели уловить в первое мгновение Перминов, Петренко и Агатов. Сильным ударом в дверь они отбросили в сторону стол. Петренко скользнул к окну и мгновенно оказался на тротуаре. Метрах в тридцати от себя он увидел убегающего Донорова. Мишка, петляя из стороны в сторону, будто ожидая выстрела в спину, перебегал дорогу и направлялся к детскому парку.