Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Если бы только это! Два дня назад Сабир выследил группу моряков, сошедших на берег с советского торгового судна. Он знал, что теплоход этот приписан к Одессе, — значит, бывает и в Севастополе, и в Ялте. Родимые крымские края. Познакомился с моряками, разговорились. Сабир поведал о своей горькой судьбе, стал расспрашивать про Одессу, Крым, про Ялту. «О, пусть аллах возьмет у меня десять лет жизни только за одно мгновение ступить ногою на крымскую землю». Один из матросов оказался родом из Алушты и охотно рассказывал о Крыме. Далее все шло по давным-давно отработанной методике. «И все же вы не все знаете, братцы… Вот возьмите. Очень почитать интересно». Каждому из трех моряков Сабир вручил книжечку, где на листочках папиросной бумаги было написано много всякой антисоветской пакости. Морячки, не проронив ни слова, с непроницаемыми лицами приняли книжечки, на ходу полистали их, а когда зашли в какой-то тихий безлюдный переулок, остановились, сунули книжицы в карманы и так отдубасили Сабира, что и сегодня его правая рука еще не действует. А тот, что из Алушты — косая сажень в плечах, с кулаком-кувалдой, — стукнул его по носу, Сабир рухнул на землю, и по асфальту потекла струйка крови…

В невеселых раздумьях о своем житье-бытье, Сабир и Керим следовали за автобусами с советскими туристами. Время от времени Керим, незаметно для Сабира, поглядывал на синяк, украсивший лицо друга, но ни о чем не спрашивал. Ему и так все ясно.

Они «отработали» новый — так им казалось — прием: провокация на спекуляции валютой и скандал, с угрозой вызвать полицию. Случалось, что кое-кто из так называемых барахольщиков и попадался. Вот и сейчас они больше всего рассчитывали на такую провокацию.

В последнее время шеф — глава обосновавшейся на базаре фирмы «Нандор и К°» — все чаще повторял: «Теперь уже нет большой пользы от того, что всучишь кому-то из советских граждан брошюрку или листовку. Не верят им!» Перемена курса была вызвана еще одним важным обстоятельством — ожидался приезд инспектора из штаб-квартиры. И господин Нандор требовал активных действий. Он лично инструктировал своих подчиненных. Прежде всего, найти (он выражался более цинично — «учуять») среди советских граждан людей падких на тряпье, транзисторы, магнитофоны, красивые восточные сувениры.

— Я знаю, таких учуять нелегко, — говорил Нандор. — А за что же вам платят деньги? Если не можете, убирайтесь к чертям собачьим, идите работать в каменоломни, — распалялся хозяин, переходя на крик. Но, накричавшись вдоволь, он снова, уже более спокойно, начинал поучать, словно читал лекцию.