Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

На нем вы сможете отправиться.

Эти слова послужили толчком.

«Эх, будь что будет, надо попытаться», — подумал про себя инженер, и вслух добавил:

— Хорошо.

— Я знала, что вы смелый, решительный человек, — с легким оттенком иронии проговорила Лохова.

19

Анна Петровна Рогова не могла не гордиться мужем. Хотя надежда кока на отпуск не оправдалась, и он вынужден был снова уйти в плавание, Рогова не переставала расхваливать его перед соседками.

И те с плохо скрываемой завистью разглядывали заморские подарки, вслух одобряя их. При этом не один упрек был послан в адрес непрактичных мужей, работающих в цехах и в конторах вместо того, чтобы путешествовать по всему миру, как Василий Рогов.

На фоне арабской, вышитой золотыми драконами шали янтарное ожерелье выглядело бледновато. Но и оно вызвало восторг у собравшихся в кухне женщин.

— Ожерелье удивительно идет к вам, Анечка, — констатировала Осипова, супруга врача. — Оно эффектно оттеняет белизну кожи.

Польщенная похвалой, Анна Петровна приосанилась, поправила обвивавшее полную шею ожерелье и заметила:

— Мой Ванечка понимает толк в таких вещах.

Дамский совет подтвердил, что это именно так.

— Вечером забегу к Анфисе Павловне, ей покажу... — сказала Анна Петровна и, гордая собой и супругом, удалилась в комнату.

После ужина Рогова собралась в гости. Стоя перед трюмо, она заключила, что для полного эффекта ожерелье действительно необходимо.

Жена боцмана Годыны, Анфиса Павловна, жила неподалеку. Анна Петровна перешла улицу, свернув за угол. И тут ее остановил представительный мужчина.

— Не скажете ли вы, как пройти на улицу Радио? — учтиво спросил он.

Анна Петровна охотно указала дорогу.

И вдруг ей почудилось, что взгляд незнакомца остановился на ожерелье.

«Видно, и впрямь красивое», — с удовольствием подумала Рогова.

Затем она продолжала свой путь.

Хозяйка встретила желанную гостью как нельзя лучше.

Сидя за чайным столом, подруги говорили о модах, о событиях последних дней, вспоминали мужей.

Уютная квартира семьи Годыны располагала к беседе. Оранжевый абажур освещал накрытый белоснежной скатертью стол, недорогую, но со вкусом подобранную обстановку.

Из репродуктора лилась мягкая задушевная мелодия.

Заболтавшись, женщины не заметили, как пролетело время. Стенные часы пробили одиннадцать.

— Ну и засиделись, — спохватилась Анна Петровна. — Пора и честь знать.

Моложавая, в цветастом халате, жена боцмана стала уговаривать:

— Побудьте еще. Куда торопиться-то? Мужа ведь нет дома.

Но Анна Петровна поднялась:

— Нет, Анфиса Павловна, пойду. Боюсь, дворник ворота закроет. Да и боязно одной поздно возвращаться.

— Что вы, милая. До полночи далеко, а вам рукой подать.

Но Анна Петровна все же простилась. Хозяйка проводила ее до двери.

Улица казалась безлюдной.