Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Он не обливался холодным потом от того, что мог затеряться в гитлеровских лагерях как занумерованная, но никому не нужная, выброшенная на свалку вещь.

Этот номер опять куда-то везли. Рядом с ним на заднем сиденье автомашины сидел «Иван». Деверев попытался с ним заговорить, выяснить, куда и зачем его везут, но офицер, сидевший рядом с шофером, сразу спросил у переводчика, чем интересуется пассажир. Неожиданный увоз из тюрьмы пугал Деверева. А везли его в лагерь, где содержались попавшие в фашистский плен офицеры Советской Армии, которых обрабатывали и склоняли к службе во власовских формированиях. Пропагандисты из кожи вон лезли, чтобы уговорить их пойти на службу в так называемую РОА, но «энтузиастов» находилось очень мало. Вербовщики встречались с молчаливыми, непроницаемыми лицами военнопленных, стоявших в строю в полосатых лохмотьях и деревянных башмаках. Лагерная администрация заподозрила некоторых военнопленных в противодействии усилиям нацистов, эмигрантов и предателей, стремившихся сломить волю узников. Начальник отдела 1-Ц майор фон Мейснер был уверен в том, что в лагере действуют большевистские комиссары. Их надо было выявить и ликвидировать. Для этого и везли Деверева в лагерь.

— Переведите, пожалуйста, господину майору, что надо бы мне появиться в лагере без погон. Иначе я буду слишком заметен, а так бы я растворился в общей массе и мне легче было бы справиться с заданием.

«Иван» перевел фон Мейснеру мнение Деверева, но майор тут же отверг просьбу агента. Ему не понравились возникшие у Деверева сомнения.

— Он должен выполнять, а не рассуждать, — довольно резко сказал майор.

Деверев не понял, что сказал фон Мейснер, но по тону догадался о реакции и больше уже ни о чем не спрашивал. Перед тем как передать его коменданту лагеря, фон Мейснер сказал:

— При успешном выполнении задания вы будете направлены в школу пропагандистов РОА в Дабендорф.

— Я все сделаю для Великой Германии, — ответил агент, испытывая острую боль в запястьях от наручников.

На следующий день команду военнопленных погнали на железнодорожную станцию грузить лес и металлолом. Среди них был и Деверев. Он умышленно не заводил ни с кем разговоров, помалкивал, присматривался и в поисках доверчивого старался помочь тем, кто работал с ним рядом, подставляя свое плечо под тяжести. Одному из них он сочувственно проронил:

— Дай-ка я, браток, у меня еще есть силенка.

Военнопленный отступил назад, отдав ему в руки шершавый обрез чугунной трубы, и они вчетвером подняли ее и бросили на платформу.

Администрация лагеря, выполняя предписания свыше, считала, что изнурительная физическая работа наилучшим образом дополняет рвения пропагандистов, внушавших пленным идеологию фашизма."

"Под вечер команда возвращалась в лагерь.