Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Но за столами сидело несколько человек, говоривших на английском и французском языках. Немецкой речи он не слышал. А так хотелось услышать родную речь и за кружкой пива с кем-то побеседовать!

За стойкой он разглядел хозяина пивнушки, толстого пожилого немца с окурком сигары в зубах. Несмотря на свою тучность, хозяин с ловкостью циркового артиста орудовал кружками, стаканами, рюмками, бутылками, перебрасывая влажное полотенце с руки на руку. Собрав пустые кружки на столах, к нему подходила официантка, наверное, его жена, и они перебрасывались несколькими фразами на немецком.

Наконец она не спеша подошла к посетителю и спросила, что он желает заказать. Нисколько не удивилась немецкой речи, принесла ему кружку пива с ноздреватой шапкой пены и ушла. Он отпил и, может быть, впервые за время бегства задумался над обстоятельствами, заставившими его нарушить обязательства, данные им немецкой разведке, которой он рьяно служил. Он самовольно покинул пределы России... Как отнесутся к этому в Германии его хозяева? Надо ли обнаруживать себя?

В пивнушку зашли еще двое и уселись за соседним столом. Он сразу понял, что пришли русские. Они заговорили о войне, поносили немцев и Германию последними словами. Немец взял себя в руки, не стал ввязываться в их разговор. Наблюдая за хозяином, он вспоминал беседу с офицером разведки, который посылал его в Россию. Перед отправкой ему обещали откладывать на его счет деньги, так что, вернувшись домой, он сможет заняться собственным делом. Он мечтал открыть в городке, вблизи пристани, собственную пивнушку с вывеской «Клаус Гельзинг» — под своим именем. Весь город будет знать его! Но в Германии произошла революция, многое изменилось. Где найти того офицера, который его вербовал в 1915 году и направлял со шпионской миссией в Россию?

Не поговорить ли с хозяином? Владельцы пивнушек все слышат, все видят и все знают. Уважение и даже преклонение перед ними находилось у него в крови. Да и зависть никогда не покидала его. Сдерживало только то, что хозяин мог быть связан с турецкой полицией, а он старался быть незамеченным, чтобы избавиться от расспросов и допросов.

Слегка охмелевший от пива, одурманенный табачным дымом и душевной неустроенностью, Гельзинг не удержался, подошел к стойке и заговорил с хозяином. Тот, посмотрев на него и сразу, по костюму, определив, что имеет дело с каким-то мелким чиновником, внешне не проявил к нему никакого интереса, отвечал скупо. Но Гельзинг все же понял, что в Германии сейчас не до него и лучше где-то пережить смутное время. Вернувшись в фатерланд, он может оттуда уже не выбраться, а работать на местной обувной фабрике, вкусив шпионское ремесло, он отвык.