Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

"

"— Нет, нет, я здесь, — сказал он Мише. — Это со мной теперь бывает. Ни с того ни с сего будто выключатель во мне кто-то повернет… Когда окрепну… О чем мы с тобой? Нет, я должен сам вспомнить. Да, о призвании. Я, видишь ли, когда-то был учителем. Для меня лучшей работы нет. Но не в том дело, Началась война, я пошел в ополчение, Оттуда — в армию. Служил в пехоте, разведчиком. По партийной мобилизации послали работать в органы. Отказываться я не мог, я ж коммунист, понимал — люди нужны на трудном участке. И вот до сих пор. Но я, Мишук, всегда партийную работу любил. Еще с комсомольских лет привык все с людьми, все интересно было, отчего человеку трудно да как помочь? И вот, когда я попал в органы, понял — разницы нет. Здесь, «Малыш», та же партийная работа, только условия труднее. Только всегда наступление! А ты — еще молодой! Тебе люди неинтересны, ты еще сам с собой не разобрался! Пофорсить хочется, ты еще все о себе!..

— Не надо, товарищ капитан, вам трудно говорить!

— Да ну, трудно!.. — раздраженно сморщился Захаров. — Доктор говорит — поправлюсь!

Он снова закрыл глаза и некоторое время лежал молча. Миша сидел с ним, скорчившись на маленьком, неудобном стуле, и испуганно слушал белую тишину.

— О чем я? — громко сказал Захаров. — Нет, сам… Доктор говорит, это пройдет. Да. Ты хочешь уходить. Ну, что ж, Михаил. Здесь без призвания служить нельзя. Но я думаю, ты еще сам себя не знаешь. Я к тебе пригляделся. Еще немного, и захочется тебе все силы отдать на то, чтоб люди жили спокойно… Я советую — подожди…

— Вот вы вернетесь в отдел, тогда я решу!

— Я, «Малыш», уже в отдел не вернусь! — однотонно сказал Захаров и отвернулся к стене. — Здоровье не позволит…

— Поправитесь, товарищ капитан! Рана заживет! — торопливо подхватил Миша

— Рана — что! Конечно, заживет! С ядом боролся, сердце сорвал… Ну да что об этом сейчас толковать. Расскажи, как живешь? Интересное что-нибудь расскажи!

— Интересное… — Миша вдруг заулыбался вспомнив. — А как же, есть, товарищ капитан! Еще к вам шел, думал, обязательно расскажу. Я тут с Кубиковым знакомство свел. С Игорем Александровичем. С экспертом.

— Да ну? — Захаров оживился, приподнялся в подушках и взял со столика пустую трубку.

— Ездил к нему материалы оформлять, ну, он обедать меня оставил. В воскресенье на глиссере катались. Да, вот видите, какой у меня в отделе авторитет. Для всех горячка, а я с Кубиковым… — обиженно вздохнул Миша.

— Ну ладно, я кое-что объясню, — усмехнулся Захаров, посасывая пустую трубку — Использовать тебя в деле Горелла больше нельзя. Ты сам виноват, ты ему показался.

— Когда? — побелел Миша, мгновенно забыв о Кубикове.

— Давно. Еще в самый первый раз, когда ты Окунева поддерживал наблюдением… Горелл сзади шел на другой машине.