Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Я читал вашу анкету, но у меня есть вопросы.

Офицер задал десяток все тех же привычных вопросов: где жил до войны, чем занимался, военная специальность, при каких обстоятельствах попал в немецкий плен, служба в плену и по окончании войны, цель поездки в Америку и другие.

Иннокентий отвечал спокойно и обстоятельно, обошел только один факт из своей жизни: пребывание в «зондеркоманде 806».

Лейтенант сосал сигарету и, очевидно, удовлетворился его ответами.

— Теперь, господин Иннокентий, маленькая формальность: въезжающий к нам должен дать отпечатки пальцев...

— У нас, господин лейтенант, только у преступников снимают отпечатки... в милиции. — И тут же добавил: — Собственно, я не возражаю... Это так, к слову.

После того, как эта унизительная процедура была выполнена, лейтенант не спеша раскурил новую сигару и, выйдя из-за стола, остановился на середине комнаты.

— Я весьма понимаю и разделяю ваше стремление, господин Иннокентий, простите, что так называю, эмигрировать в Штаты. Но мне представляется, что туда лучше ехать не с пустыми руками. Надо иметь хотя бы маленький капитал, чтобы делать бизнес...

— А если капитала нет? — спросил Иннокентий, еще не понимая, к чему клонит офицер, приняв его слова за любезное пожелание

— Нет? Надо делать... У меня есть предложение... Прошу понять правильно: я хочу помочь вам. — Он помолчал. — Не согласились бы вы... — офицер глубоко затянулся и закашлялся. — Могли бы вы поехать в какую-либо страну восточного блока, скажем, в Венгрию?

— Зачем? — спросил Иннокентий, хотя ему уже была понятна любезность лейтенанта.

— Я имею положительные отзывы о вас от наших немецких друзей и от вашего друга, господина Гаремского...

Каргапольцев насторожился при упоминании фамилии его бывшего шефа. Он терялся в догадках, знают ли здесь о его схватке с Милославским.

— Я вам доверяю, — продолжал между тем офицер, — и поэтому буду откровенным...

Он сел напротив Иннокентия, оперся локтями о спинку стула.

— ...Венгрия стоит перед важными событиями. Там назрела революция против тоталитарного режима Ракоши и его сообщников. Там нужны герои, которые могли бы повести толпу и открыть ей глаза... Контракт на один месяц — и вы будете богатым человеком..

Каргапольцев постарался ответить самым безразличным тоном, даже не отвел глаз от пристального взгляда офицера.

— Не выйдет из меня героя. Ни языка, ни условий, ни обстановки — ничего не знаю...

— Когда-то вы не знали немецкого языка, господин Иннокентий, но сотрудничали с немцами. Не так ли?

Теперь Иннокентию стало ясно: надо быть осторожным!

— Был такой грех, господин лейтенант. Другие условия... Война... Сейчас я не принял бы такое предложение.

— А вы не боитесь ответственности за связь с гитлеровцами?

— Здесь нет.