Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Из подъезда почты на улицу выливался шумный человеческий поток. Янка подумал и предложил:

— Давай с автомата позвоним Сергею Петровичу! А то на сердце у меня что-то кошки скребут.

— Ужасно бессовестные кошки, — удивился Генка. — Ведь мы только вчера у него были.

Однако спорить не стал, лишь деловито осведомился, имеется ли у Янки с собой монета, необходимая для осуществления внесенного предложения. Оба добросовестно принялись рыться в карманах, извлекая оттуда на глазах изумленных прохожих самые неожиданные предметы: пуговицы, марки, сломанные перья, кусочки янтаря и даже портрет киноартиста Кадочникова. Наконец Янка нашел пятнадцатикопеечную монету, и друзья, терпеливо дождавшись очереди, втиснулись в маленькую будку телефона-автомата.

Янка как в воду глядел, когда предложил позвонить в музей. К телефону пригласили Сергея Петровича, и он обрадовал:

— Сегодня получил повестку. В двенадцать вызывают к следователю. Говорите скорее, а то я уже опаздываю.

— А мы? Что будет с нами? — грустно пропели в трубку Генка с Янкой.

— А вы завтра утром придете в музей, и я вам все расскажу.

Ну разве после этого можно было спокойно смотреть цирковую программу? В самый напряженный момент, когда под барабанную дробь воздушный акробат готовился совершить мертвую петлю, Янка спросил шепотом:

— Неужели нас следователь не вызовет?

— Должен бы, — неуверенно ответил Генка.

— Что должен?

— Вызвать.

— А почему у тебя такое грустное лицо?

— Так просто… А у тебя?

— И у меня так просто.

Утром друзья примчались в музей раньше Сергея Петровича. Новый сторож их уже знал и поэтому пропустил беспрепятственно. Решили от нечего делать зайти еще раз на выставку рыцарских времен. У входа в знакомый зал, как всегда, стояла строгая Янкина мама.

— Бедные рыцари, — сказала она. — Вам даже в каникулы нет покоя.

Мама уже знала всю историю с Симгаевским сундуком.

— Мы ждем Сергея Петровича, — ответил Янка, — и пока его нет, походим по выставке.

Они вошли в зал, медленно направились вдоль стен, разглядывая выставленные экспонаты, потоптались возле копья Черного принца. Оно висело на своем месте, под защитой железного латника, по-прежнему таинственное и непонятное. Тускло поблескивал знаменитый наконечник. На него как-то даже не хотелось смотреть: уж очень грубый, прозаический финал оказался у всей этой романтической истории с похищением…

Сергей Петрович неслышно подкрался сзади и обнял друзей.

— Потрясающая новость! — радостно сообщил он. Глаза его озорно блестели за очками.

— Симгай оказался шпионом? — быстро предположил Генка.