Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

 — Не верьте ему! После войны уже сколько времени прошло.

Тут дежурный впервые заинтересовался личностью Симгая.

— А ну, предъявите документы, папаша, — решительно потребовал он. Симгай, суетясь, сунул руку за пазуху, залез в бездонные недра своего фантастического одеяния, медленно извлек потрепанный паспорт и протянул дежурному. Тот раскрыл, прочитал. Паспорт был в полном порядке.

— Значит, говоришь, свое барахлишко от немцев прятал? — уже значительно мягче сказал дежурный.

— Во-во, именно, кровное свое барахлишко, — заискивающе закивал головой Симгай. — А эти, — он опять злобно взглянул на Сергея Петровича, — встретили на улице и кричат: «Отдавай сундук!» Да как же я отдам, когда там, можно сказать, единственное мое имущество!

Симгай чуть не плакал. Во всяком случае, он уже размазывал что-то по лицу грязным рукавом.

— А я продолжаю настаивать, чтобы он открыл сундук, — твердо сказал Сергей Петрович, которого Симгаевские причитания нимало не тронули.

— Там лежит труп, — упрямо твердил Янка.

Дежурный начал сердиться.

— Труп, труп… А вы-то кто этому трупу будете?

— Никто! — смело ответил Генка. — Но мы требуем справедливости."

"— Тем более, что сундук не заперт, — добавил Сергей Петрович.

Симгай переводил рыскающий взгляд то на одного, то на другого из находившихся в комнате людей. Все казались очень заинтересованными. И Симгай решился. Он положил свою узловатую лапу на руку дежурного, мягко, но властно отодвинул его в сторону, подошел к сундуку и сказал нарочно медленно, чтобы все хорошо расслышали:

— Еще раз заявляю, что в этом сундуке нет никаких людей, ни мертвых, ни живых… А теперь открывайте!

И опять отошел в сторону, приняв самый безразличный вид.

Дежурный присел возле сундука на корточки, вынул замок и открыл крышку.

В следующую секунду все отшатнулись в ужасе.

В сундуке послышался стон.

И вдруг оттуда начала медленно подниматься какая-то фигура, замотанная в тряпки.

— Магистр воскрес! — опомнившись первым, заорал Янка.

Фигура продолжала подниматься. Теперь уже можно было рассмотреть тряпье, в которое она была завернута с головой: полосатая шелковая рубашка, мохнатое вафельное полотенце, черный фрак, клетчатый шерстяной плед…

Дежурный отскочил в сторону, выхватил револьвер и громко скомандовал:

— Руки вверх!

— Не стреляйте, дяденька, это я! — вдруг пропищала фигура плаксивым мальчишеским голосом. — Я сейчас все расскажу, только размотаюсь…

Вафельное полотенце, сорочки, жилетки полетели в разные стороны. Из-под тряпья показалась голова поразительно знакомого цвета.

— Рыжий! — не веря своим глазам, воскликнул Янка.

— Рыжий! — эхом повторил Генка.