Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Отсчитаешь от угла два ряда… Да ты слушаешь или уже спишь?! Ген!

— Да слушаю, слушаю! Я все понял, Борь. Ящики под брезентом, пошарить в третьем ряду снизу, замок должен быть открыт…

— Правильно, — Басалаев внимательно слушал Дюбеля. — Только будь повнимательнее, никакого лишнего шума! Часовые ходят прямо у двери, а часто просто стоят, им слышно все, что делается в складе, — человек проверил. Иди на цыпочках, ничего не передвигай, не греми. А не то прошьют, как на машинке.

— Не прошьют, — отмахнулся Генка. — Ну, шум подымут, ну, прибежит начальник караула… Да не учи ты меня, Борь!

Он снова стал разглядывать схему. Нарисована она подробно: размещение хранилищ — в метрах, а в скобках — даже и в шагах. Хорошенько запомнив где что лежит, можно было смело лезть в окно и ходить по складу чуть ли не с закрытыми глазами.

Дюбель внимательно все рассмотрел, память у него была хорошая на такие штуки. Мысленно он уже видел себя там, внутри: высчитывал шаги вдоль стены… теперь поворот… дверной проем, но двери нет (так написано), за проемом — направо… так, в углу — ребра ящиков, брезент. Надо сбросить его, а лучше — лишь отогнуть, стать на нижние ящики, дотянуться до верхнего, открыть крышку…

Чем больше Генка думал о предстоящей работенке, тем сильнее начинало подергиваться у него левое веко. Оно, подлое, всегда начинало плясать, когда Генка нервничал, решался на отчаянные дела.

Он прижал веко пальцем, чтобы утишить его пляску, оно мешало и раздражало, и Боб заметил это, дал Генке выпить еще, а потом прямо спросил:

— Дрейфишь, Геныч? Может, отложим?

Генка бурно запротестовал, сказал, что мандраж у него оттого, что не согрелся еще. Лучше бы поспать, время еще есть.

Боб согласился. Он и сам видел, что Дюбелю лучше отдохнуть, какой-то он вялый, неактивный.

Дюбель завалился на раскладушку у батареи, заснул почти мгновенно, а Боб продолжал изучать схему, потому что Гонтарь велел именно ему в эту ночь взять автоматы, — как бы не пришлось еще лезть самому. Рябченко предупредил: мол, именно сегодня. Он-де знает, что в караул заступает взвод, где с дисциплиной не очень, на офицерских совещаниях об этом не раз говорилось. К тому же окно подготовлено, долго оно так, с отогнутыми крючьями, стоять не может: кто-нибудь может и заметить…

Нет-нет, правильно, что он дал Дюбелю поспать,— тот отдохнет, будет чувствовать себя увереннее. Не сорвался бы тот, шкет. Щегла Басалаев видел мельком, в доме у Генки, когда тот праздновал возвращение, ничем он ему, этот парнишка, не запомнился. А если он струсит, не придет — что ж, самому тогда идти надо, без посторонней помощи Дюбель в окно не влезет. Впрочем, лестницу вон ту, маленькую, можно взять. Она легкая, алюминиевая, с такой работают в своих колодцах монтеры телефонной связи.