Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

— На что хватает-то? На костюмчик да на пальтишко? — Пивторак, неожиданно и споро нагнувшись, пощупал полу Павликова пальто. — Да на три звездочки раз в квартал? Эх, милый ты мой, не понимаешь ты настоящего размаха! Неведома тебе истинно красивая жизнь. Полновесная, чтоб было перед закатом об чем вспомнить! А могла бы, тебе-то как раз могла бы быть ведома!

— Вы ж сами говорите, что на зарплату не разгуляешься.

— Не зарплатой единой жив человек! Знаешь такое понятие: внутренние резервы? — многозначительно выговорил Евген Макарович и ненароком споткнулся; они как раз переходили улицу Советской Армии, по которой двумя узкими синеватыми дорожками поблескивали в свете фонарей трамвайные рельсы.

Павлик, поддержав под локоть неловкого собеседника, помог ему сохранить равновесие, а потом спросил:

— Что вы имеете в виду, Евген Макарович? — он впервые назвал Пивторака по имени-отчеству.

Тот хохотнул.

— Ишь ты… какой прыткий! Сразу ему все вынь да положь. Всякому, как указывается, овощу свой сезон, сынок, — весело сказал он. — Потерпи. Терпение — мать, как сказать, всех добродетелей. Живы будем — повидаемся. Побеседуем, мнениями обменяемся. По внутренним, как говорится, и международным вопросам. По разным, словом, актуальным и животрепещущим проблемам быстротекущей нашей жизни. Тем паче, что трудимся мы с тобой, сынок, в весьма близких сферах. Что облегчает, понятным образом, личные контакты.

— А где же вы работаете?"

"— Вот это — вполне естественное и, как сказать, своевременное любопытство. Ночку напролет рядышком прокутили, а ты ни должности моей, ни фамилии не знаешь. Я твои знаю, а ты мои — нет. Опять же несправедливо! Для справедливости надобно равенство, как правильно установлено еще во время бывшей Великой французской революции. Так вот. Кличут меня Пивтораком, а служба моя скромнюсенькая, невысокая, твоей, конечно, не чета. Но — служба. Директорствую я. На базе. Знаешь, наверное, продбазу, где иностранные суда продовольствием запасаются? Она самая.

— Шипшандлер, значит?

— Эге, сынок, да ты наши моряцкие слова разумеешь?

— Неусыпно работаю над собой. Ну, вот и мой дом.

Пивторак, расставив ноги и по мере возможности приподняв голову, оглядел здание.

— Хороший дом, — одобрительно объявил он, словно это было личной заслугой Павлика, что живет он в прочном и солидном строении. — Ну, что ж, как говорится, до свидания, до встречи. Пожмем друг другу руки — ты на боковую, а я поищу такси.

— Такси? — удивился Павлик. — Вы ж сказали, нам по дороге.

— Не в том смысле, сынок, — довольно хохотнул Пивторак. — Не в том смысле. — И уже иным, несколько покровительственным тоном добавил: — Свидимся как-нибудь. Я тебя разыщу.