Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

 – Тут особого ума не требуется. Может, посидим где?

Худшее времяпровождение, чем выслушивание стенаний и жалоб пьяного, трудно придумать. Но это был Дима. Дима! Разве мог я пройти мимо, не узнать, что стряслось и чем можно помочь?!

Мы заехали в бар «Братиславы» на Левобережье. Нас, вернее, Диму, поначалу пускать не хотели, довелось пригрозить именем Христо Роглева, директора комплекса – моего давнего доброго знакомого.

Я сидел с бокалом шампанского, Дима пил коньяк.

– Смотришь и думаешь: поплыл Дима, слабак. – Он с глубокой обидой, не обидой, но с горечью, с укором произнес эти слова. – Не суди строго… Поплыл, но не сам – подтолкнули. Понимаю, понимаю, возразишь, отмахнешься – мол, ежели б не был безвольным, куклой-марионеткой в чужих руках, удержался бы… Чего там… мог удержаться, да толкали в спину и в шею гнали, чтоб сгинул с глаз… не могли простить…

– Что простить, Дима? – удивился я.

– Не думай – не пьян. Я теперь сухой вообще не бываю. Но до скотского состояния не дохожу. У меня сейчас мозги так светлы, не дай бог… Отчего спросишь? Жжет, пробирает насквозь обида… Скажешь, еще не поздно вернуться, нет ничего невозможного… слышал, на каких только собраниях не учили уму-разуму. Сломался, старина, Дим Димыч. Сломали… так верняк будет. Кто? Сейчас скажешь: спятил, рехнулся Столяров, нет ему доверия. Нет, Романько, вот здесь, – он стукнул себя в грудь так сильно, что чуть было не свалился со стула, я едва успел его поддержать, – жжет, прожигает насквозь обида. Ясно, на себя, в первую голову, но и на тех, кто живет припеваючи, хоть и столкнул меня в помойку, где мне случается искать, ты уж прости за откровенность, закусь…

Признаюсь, неуютно чувствовал я себя и давно начал жалеть, что согласился на эту ничего не дающую – ни мне, ни Диме – встречу. Он был алкоголик, и никто – это я знаю доподлинно – не спасет его.

– Гены? Слышал и о генах, может, они у меня и впрямь дерьмовые, но пока не толкали меня туда, где я теперь обретаюсь, у меня не было сложностей с этим делом, да ты ведь лучше других знаешь. Крюков меня столкнул сюда, да, Вадь Васильевич, чистюля и респектабельная особа… Что ты на меня уставился, как баран на новые ворота? Прости, жжет, не сдержался. Крюков… Ты спросишь, как же это мы из друзей не разлей вода превратились во врагов? Да проще не бывает, пойми! Заловил я его на некоем бизнесе… На каком? Не-е, он валютой не баловался, на этом другие горели. Он привозил медикаменты, на них ни один таможенник не клюнет. Только медикаменты особые, стимуляторы, то бишь допинги. У нас тогда этим мало кто всерьез интересовался – ни тебе допинг-лабораторий, ни допинг-контролей. А деньги за них платили – тебе и не снилось! Думаешь, зол Столяров на Крюка, вот и лепит, что в голову придет. Доказательства? Доказательств нет.