Совершенные

Он не спускал напряжённого взгляда с Августа. – И этого достаточно, даже если не вспоминать о нападении на Люпьенский театр и заложников, которых вы взяли. А если вспомнить, то…Именем Империи и Святой Инквизиции вы все арестованы! Встанете на колени и поднимите ладони!

– Если хотите мое мнение, то я уверяю, что меня не уводили насильно… – выпрямился профессор, но Дамир даже не посмотрел на него.

– Милорд Хакал, не беспокойтесь, вас сопроводят туда, где вы сможете все подробно рассказать.

Совершенный поджал губы, недовольный, что от его мнения просто отмахнулись.

Дамир остался стоять напротив Августа, внимательно следя за движущимся облаком острых осколков. Ни у инквизитора, ни у разрушителя не было оружия, но я ощутила, как страх сжимает горло. За кого я испугалась? За Августа? За мужчину в маске теней?

– Просто прекратите это бессмысленное сопротивление. Оно бесполезно. И еще… где пленница, которую вы увели из театра?

– Так ты пришел за девушкой? – в голосе Августе не было эмоций. Я до боли вжалась в стену за шкафом. Узнал ли Август Дамира? Мог ли он узнать того, кто тоже стал косвенной причиной разрушительного выброса пять лет назад?

– Если ты прикоснулся к ней хоть пальцем… – зарычал Дамир, не справившись со злостью. – Куда ты ее спрятал? Что ты с ней сделал?!

– В этом доме нет никого, кто находится здесь против своей воли, – совершенно ровно ответил Август.

Инквизитор резко втянул воздух и отвел руку. В его ладони возник узкий обоюдоострый меч, а мне захотелось протереть глаза. Откуда он его взял? На инквизиторе не было никаких ножен… И еще этот знакомый лунный оттенок… Это что же… атмэ? Но любое воплощение оружия карается законом!

Только это не касается тех, кто служит Инквизиции.

Из разгромленного коридора бесшумно появился еще десяток стражей в черном. Словно и не люди, а сумрачные тени, как о них говорят! Янис прошипел ругательство бросил свой топор и поднял руки, Демьян замолчал и теперь только озирался испуганно. Серые щупальца его Духа таяли, возвращаясь в тело. Сопротивление захлебнулось, столкнувшись с неумолимой силой инквизиции.

Остался лишь Август – все еще стоящий между деструктами и людьми в форме. Осколки витража, вибрируя, медленно разошлись полосой, нацеливаясь на захватчиков.

– Я не хочу причинять вам вред, – негромко и бесцветно произнес Август.

– Ты и не сможешь, деструкт, – коротко и жестко ответил Дамир.

– Я не деструкт, – сказал Август, и осколки начали двигаться.

– Не стрелять! – приказал Дамир.

Его белый меч – атмэ – описал полукруг, и взвившийся рой стеклянных ос словно врезался в невидимую стену. Стекло разлетелось крошкой и осыпалось, не причинив людям вреда.