Секретная сотрудница

 — Ясное дело: кто его нашел, тот и прибарахлился…

Принимал участие в поисках и молодой дежурный следователь. А поскольку новичкам обыкновенно везет, то вскоре среди полей раздался его восторженный мальчишечий голос:

— Нашел!

— Чего?

— Пулю!

— А я гильзу! — откликнулся голос опера.

— Тоже мне находки, — буркнул из придорожных кустов старший группы. — Я тут, между прочим, целый труп нашел…

В кустах действительно оказался еще один труп — такого же бритоголового молодчика в фирменном костюме. Судя по наличию на убитом великолепных ботинок, его мародеры не заметили.

— Любопытно, — загадочно произнес осмотревший новое тело судмедэксперт. — Сквозное ранение в грудь. И калибр, похоже, винтовочный. Должно быть, стреляли из обреза… Скорее всего, умер от потери крови несколько часов назад…

— Что за чепуха? — удивился опер с Петровки. — Как же он здесь-то оказался?

— «Добрые люди» привезли и бросили. Да еще и дружка пристрелили за компанию…

— А может, тут еще покойнички имеются? — предположил юный пинкертон. — Надо бы посмотреть.

— Отставить! — распорядился возглавлявший оперативную группу следователь. И громко крикнул водителю: — Эй, Михалыч, вызывай труповозку! Пора двигать. А то мы отсюда до рассвета не выберемся…

Никогда прежде Рита не рассказывала о себе всю правду. Тем более — совершенно постороннему человеку. Так уж изначально было заведено у них в семье, где всегда царила особая атмосфера скрытности и недоговоренности. Неудивительно, что с годами эти качества стали неотъемлемой частью ее натуры. Но теперь у нее не было выбора. И девушка прекрасно это понимала.

— Мое настоящее имя Крылова Маргарита Дмитриевна, — начала она, выпив чашечку крепчайшего черного кофе. — Мне двадцать пять лет. Я родилась в Москве. Мой отец всю жизнь прослужил в КГБ, но я не знаю, в каком отделе. Он был полковником и умер четыре года назад… Мать тоже работала в Комитете. Сейчас она на пенсии…

— Любопытная семейка, — заметил Турецкий.

— После школы я закончила Архитектурный институт, но по специальности никогда не работала. С детства мечтала стать художником, хотя родители были против. Я много рисовала. Даже продавала картины на Арбате. А потом… Однажды… — Рита со вздохом опустила голову. — Извини… Мне трудно говорить об этом…"

"— Хорошо, начни с того, что случилось после.

— Мне было очень плохо, — с заметным усилием продолжала девушка. — Так плохо, как ни когда в жизни. Я даже пыталась отравиться…

Турецкий понимающе кивнул.

— Я перестала рисовать. Замкнулась в себе. Растеряла всех старых друзей и знакомых… Потом мне стало немного легче. Надо было как-то жить. Чем-то заниматься. В то время мать отказалась мне помогать.