Сотрясающий землю

Голую грудь, живот, ноги и руки словно обдало огнем. Никита резко сел на постели и принялся растирать кожу, но жжение только усиливалось.

– А это что еще такое?! – прохрипел он.

Когда жжение стало просто невыносимым, Никита спрыгнул с постели и метнулся к двери. Но, как только он оказался в тени, жжение прекратилось. Стоя в полумраке, куда не проникал лунный свет, Никита поднял голову и со страхом уставился на круглую луну.

До него внезапно дошло, что происходит.

Полнолуние! Он начал реагировать на луну! Свершилось то, чего он так боялся. Оборотни могут контролировать свои превращения и трансформироваться в зверя в любой момент, особенно при сильной боли или ярости. Но в полнолуние немногие умеют сдерживаться. Из некоторых зверь просто рвется наружу, и ничего с этим поделать нельзя. В такие моменты оборотни способны на убийство. Поэтому тех членов стаи, которые не в силах противиться власти луны, в полнолуние запирают на всю ночь в крепкую клетку. Когда Никита впервые встретился с Тессой, дочерью погибшего вожака стаи Константина, она как раз сидела в таком заключении. Позже девушка научилась контролировать себя. Но научится ли Никита? К тому же он плохо представлял себя в облике гигантской пантеры. Что, если превращаться полностью больно?

Никита медленно опустился на пол возле двери, оперся спиной на стену и подтянул колени к голой груди.

– Мне хана! – обреченно выдохнул он.

Дверь вдруг тихо скрипнула, и в комнату заглянула Ксения. Она стояла в потешной шелковой пижаме, расшитой чебурашками, вот только Никите сейчас было не до смеха. Увидев, что он сидит на полу, Ксения вошла в комнату и прикрыла за собой дверь.

– Что с тобой? Я услышала какой-то шум и сразу подумала о тебе…

– Извини, что разбудил.

Ксения приложила прохладную ладонь к его лбу.

– Ты весь горишь! – испугалась она. – Не заболел?

– Я начал реагировать на луну…

– Что? – не поняла девушка."

"– Я начал реагировать на луну, – терпеливо повторил Никита. – Сегодня полнолуние. Когда я попадаю на открытый лунный свет… меня жжет.

– Господи! – Ксения села рядом с ним. – Когда ты это понял?

– Только что. Когда туча ушла.

– Бедняга, – сочувственно сказала она. – Но ведь к этому все и шло… Ты сам это знал.

– Знал, – кивнул Никита. – Но я все же надеялся, что проскочу.

– Почему? – просто спросила Ксю.

– Потому что болван!

Ксения взглянула на луну.

– А кроме жжения, в чем это выражается? – тихо спросила она.

Никита молча пожал плечами. Затем подполз на коленях к тонкой черте, разделяющей свет и тень, и вытянул кисть, подставляя ее под лунный свет. Рука тут же начала гореть огнем. Никита стиснул зубы и терпел.

– Тесса говорила, что под луной никто из оборотней не может контролировать свое превращение.