Сотня. Смутное время

– Бать, а стекло тут где-нибудь льют? Мануфактура стеклодувная где поблизости имеется?

– Ну и вопросы у тебя, – растерянно проворчал Григорий, ероша чуб. – Это на ярмарке спрашивать надо. – Чего это тебе приспичило?

– Да вон, мамка жалуется, что без масла и блинов толком не спроворить, вот я и подумал.

– Вон чего, – кивнул кузнец. – Это верно. Маслобойка – штука непростая. Там и дерево особое потребно, и работы с ней много.

– Нет, дерево, это не то. Стекло нужно. Тогда её и мыть проще, и работать удобнее, – решительно заявил Матвей.

– Понятно, зачем тебе стеклодувная мануфактура понадобилась, – усмехнулся кузнец. – Да только где ж её тут найдёшь?

– На ярмарке поспрошаю. Там народ разный, много чего узнать можно, – вздохнул парень, делая себе зарубку в памяти.

До ярмарки было ещё далеко, но забывать о нуждах матери было не след. Позавтракав, они с отцом отправились в кузню, куда спустя полчаса привели для перековки коня. И пока отец занимался этим весьма важным делом, Матвей успел проинспектировать все запасы железа и стали. Убедившись, что и угля и всего остального в достатке, он дождался, когда Григорий закончит работу и, дав ему напиться, тихо спросил:

– Когда клинки ладить начнём?

– На сколько всего там запасу имеется? – задумался кузнец.

– Ну, десять пар бери смело. А дальше как получится.

– Тогда завтра и начнём. Что там круг решит, одному богу известно, а оружие в запасе иметь надобно, – подытожил Григорий, устало вздохнув.

– Ты чего, бать? – насторожился Матвей.

– Тяжкое это дело. Уставать я стал, – нехотя признался казак.

– Ну, просто даже кошки не плодятся, – развёл Матвей руками. – Но с другой стороны, у нас тут почитай не просто кузня, а целая мастерская уже. Даже станки имеются.

Тут парень был прав. Все его задумки медленно, но верно претворялись в жизнь, и если бы не всяческие непредвиденные перерывы, паровой движитель уже давно начал бы работать. Во всяком случае, сами станки и разный нарезной инструмент в кузне имелись. Все обрезки булата Матвей пускал на различный нарезной инструмент. Благо заточку булат держал отлично, а обороты на станках были не так велики, чтобы перегреть какой-нибудь резец или сверло.

Понятно, что это была не настоящая инструментальная сталь его времени, но и такой эрзац позволял им с отцом делать самые разные вещи. А главное, у них даже начала появляться хоть какая-то унификация. Во всяком случае, свои изделия мастера всегда могли починить, просто заменив сломавшуюся запчасть. Все эти новшества Григорий воспринимал с интересом и полным одобрением. Ему явно нравилось, что работа в кузне имеет какое-то развитие.