Сотня. Смутное время

Скинув черкеску, он быстро приколотил ковёр к стене над кроватью и принялся раскладывать на кровати оружие, комбинируя клинки по красоте и размеру. В итоге, выбрав, на его взгляд, наилучший порядок, Матвей принялся крепить их к ковру. Часа через полтора вошедший в спальню Григорий, с интересом осмотрев коллекцию, одобрительно кивнул и, присмотревшись, с удивлением проворчал:

– И как запомнил только?

– Что запомнил, бать? – не понял Матвей, любуясь своей работой.

– А клинки у Святослава так и висели. Только вон тех, нижних, прежде не было. Видать, он их в сундуке каком хранил.

Только теперь до Матвея дошло, что он развесил оружие точно так, как оно висело у прежнего хозяина. Растерянно взъерошив себе чуб, парень недоумённо хмыкнул и, непроизвольно коснувшись громовой стрелы, мысленно спросил: «Ты подсказал?»

Получив в ответ вполне ощутимый толчок в грудь, Матвей растерянно покрутил головой и, собрав инструмент, отправился мыться и приводить себя в порядок после поездки. Пока он плескался у бочки и переодевался, домой вернулась мать, таща на буксире Катерину. Теперь, когда история со сватовством окончательно укрепилась в головах станичников, казачка регулярно появлялась на людях вместе с девушкой, таким образом давая всем понять, что Катерина её невестка и любой, не вовремя открывший рот, будет иметь серьёзные проблемы.

Так что вышедший на родительскую половину Матвей с ходу попал под шквал женских вопросов. Услышав, что старика не стало, женщины притихли и занялись хозяйством. Точнее, принялись накрывать на стол. Время уже было к ужину. Не спеша поев, Григорий дождался чаю и, глотнув напитка, решительно произнёс, оглядывая молодёжь лукавым взглядом:

– Значится так. Уговорился я. И с попом, и со старшинами. Свадьба ваша через три седмицы назначена. Так что, Настюша, начинай готовиться.

– С корабля на бал, – буркнул про себя Матвей, только кивнув в ответ на заявление отца.

– Да ты никак и не рад, Матвей? – спросила Настасья, с удивлением глядя на сына.

– Рад я. Да только слишком много новостей за день, и все разные, – устало вздохнул парень.

– Уймись, мать, – осадил жену Григорий. – Не до того ему сейчас. Лучше вон в спальню его загляните.

Удивлённо переглянувшись, женщины дружно поднялись и отправились в указанную сторону. Минут через пять, вернувшись, они уселись за стол и дружно уставились на парня, явно ожидая каких-то пояснений.

– Чего? – недоумённо спросил Матвей, не понимая, чего от него хотят.

– Это тебе Святослав столько железа отдал? – задумчиво уточнила Настасья.

– Ну не сам же забрал, – фыркнул парень. – Он и сложил, и увязал. Я ж ему теперь наследник по науке воинской. При казаках так назвал.

– Решился-таки, старый, – скривилась казачка.

– Уймись, мать. Нет его больше.