Сотня. Забытый поход

Как входили, так и ушли, – напомнил парень.

– Это верно. Но они могут и с другой стороны прийти, – вздохнул переводчик. – Я с шейхом говорил, так он сказал, что обычно они той дорогой, что ты нашёл, так и ходят. Но бывает, что и с другой стороны приходят. Вот и гадай теперь, откуда их принесёт.

– Другие холмы, от оазиса далеко, – мрачно проворчал Матвей, обдумывая ситуацию. – На них секреты сажать глупо. Даже верхами, всё одно приметны будут. А пешком добежать не успеют.

– И что делать? – тут же отозвался Ахмет-хан.

– Кто из нас офицер? – не удержавшись, поддел его Матвей.

– Да уймись ты, ирод, – зашипел на него толмач.

– Да ладно тебе, – отмахнулся парень. – Нет же никого. Да и ежели без шуток, то тебе тут и карты в руки. Тактике тебя особо учили.

– Только в общих понятиях, – скривился Ахмет-хан. – Я изначально готовился к службе в разведке. И к слову, о том, что я офицер, даже твой сотник не знает. Больше скажу. Из всех, кто при штабе, о том ведают всего два человека. Так что, богом тебя прошу, не поминай более.

– Ну, прости. Больше не буду, – повинился Матвей, сообразив, что и вправду несколько зарвался.

– Бог простит, – отмахнулся толмач. – Знаешь, когда ты вдруг меня про чин спросил, я едва за нож не схватился, – признался он с некоторым смущением. – Вовремя сообразил, что узнать про то ты никак не мог. Чуть до беды не дошло.

– Это верно. Осталась бы сотня без толкового толмача, – нахально усмехнулся Матвей.

Вместо ответа Ахмет-хан резко выбросил руку с коротким ножом вперёд, целя ему в грудь. Но Матвей, уловив начало движения, качнулся в сторону, одновременно делая шаг назад и перехватывая вооружённую руку. Чуть протянув противника на себя, он резко развернулся в обратную сторону, попутно выкручивая перехваченную конечность в обратную сторону. Не ожидавший такого финта толмач тихо взвыл от боли, и в воздух взметнулись его пыльные сапоги.

– Ты так больше не шути. Покалечу, – с тихой угрозой предупредил Матвей, делая шаг назад. – Я ведь потомственный пластун, таких фокусов много знаю.

– Больше не буду, – страдальчески морщась и держась за плечо, растерянно пообещал толмач.

* * *– Это кто ж тебя таким фокусам обучил? – задумчиво потирая пострадавшее плечо, тихо спросил Ахмет-хан.

– Сказал же, пластун я. Потомственный, – еле слышно прошипел Матвей, рассматривая в трубу подступы к оазису. – А пластуны – это не просто лазутчики. Нам ещё и пленных для разговора брать приходится.

– Кто такие пластуны, я помню, – отмахнулся толмач. – Но я таким ударом уже не одного противника взял, а тут как мешок с сеном. Только сапоги мелькнули.

– На то и расчёт, – пожал Матвей плечами.

– А научить можешь?

– Могу, да только без долгих тренировок всё одно применить не получится.

– Занятно.