Сотня. Забытый поход

Сам понимаешь, если меня раскроют, то искать станут первым делом в горах.

– Думаешь, тебя могут так просто отдать иностранным разведкам? – не удержавшись, прямо спросил Матвей.

– Всё может случиться. Не хочется в такое верить, но так бывает. Не часто, но бывает, – нехотя признал Ахмет-хан.

– Спаси, Господи, страну нашу, – проворчал парень, перекрестившись.

– Её должны спасать сами жители, а не высшие силы.

– Первым делом её должны спасать те, у кого есть для этого власть. А ежели спасением станут заниматься простые люди, то это уже будет не спасение, а революция и бардак, – фыркнул парень.

– И тут прав, – рассмеялся толмач, но смех этот прозвучал натянуто.

Их разговор прервало появление Романа. Подошедший к ним казак позвал приятелей ужинать. Пока начальство разбиралось с добычей, строило планы и вело заумные беседы, казаки успели собрать топливо и развести небольшие костерки, на которых и сварили походный кулеш. Получив от посыльного очередной кисет с трофейным серебром, Матвей быстро разделил его с бойцами десятка и с благодарным кивком принял у кашевара котелок с варевом.

Поев, он отмыл посуду в ручье и, напившись чаю, растянулся на кошме, готовясь как следует отдохнуть после стремительного боя и странного разговора с толмачом. Матвей ожидал всякого, но не того, что офицер разведки, дворянин, а офицер это априори человек, имеющий дворянское достоинство, признается в том, что готов назвать его другом по обычаям своих предков. У горцев Кавказа кунак это не просто друг. Это почти брат, которому можно доверить самую страшную тайну и, без всякой опаски предательства, подставить спину.

Тот, кто всегда придёт на помощь и, не раздумывая, рискнёт жизнью, чтобы помочь. Ахмет-хан сказал правду. С кунаками и крали невест, и резались с кровниками. Так было от создания времён, и так есть теперь. И то, что офицер разведки прямо сказал такое, крепко удивило парня.

* * *"

"Спустя двое суток сотня снова двинулась в путь. Увеличившийся табун трофейных коней заметно снижал скорость передвижения, но девать лошадей было просто некуда. Два дня прошли спокойно, а на третий сотник, найдя, наконец, на карте отмеченное там какое-то поселение, с заметной радостью приказал сворачивать в нужную сторону. От трофеев нужно было избавляться.

Ещё через день они подошли к какому-то то ли городку, то ли большому селу.

Увидев кучу вооружённых людей, местные жители сначала ударились в панику, а после, увидев, что казаки не делают попытки атаковать, настороженно замерли, попрятавшись. Из городка вышла делегация примерно в десять человек и осторожно приблизилась к сотне. Вышедшие им навстречу Гамалий с Ахмет-ханом начали переговоры.