Сотня. Казачий крест

Так повторилось четыре раза. К тому моменту, когда Никандр загнал во двор телегу, все подготовительные работы уже были закончены. Показав, куда ставить транспорт, Матвей вынес из кузни уже готовый инструмент и, кивая на корзину головой, предложил:

– Испробуй сам, дядька. Коль чего не так, я сразу и поправлю.

Кивнув, плотник достал всё тот же многострадальный обрезок доски и, вдумчиво опробовав на нём весь инструмент, удивлённо проворчал:

– Добре тебя батька выучил, Матвейка. Стамески и новыми так не резали. Добрая работа. Спаси Христос.

– Благодарствую, дядька Никандр, – поклонился парень. – За телегой завтра зайди. Готова будет.

– Не к спеху, – отмахнулся плотник. – Как сделаешь, так и ладно.

– Ну, сам смотри, – не стал спорить парень.

– Неужто и вправду за день управишься? – не поверил казак.

– Так дело-то нехитрое, да и привычное, – пожал Матвей плечами.

– Добре. Завтра зайду, – кивнул Никандр, направляясь к тыну.

Проводив его взглядом, Матвей взялся за дело. Подставив под телегу толстое полено, он жердью приподнял её заднюю часть и, ногой подвинув ещё одну деревяшку, принялся снимать колёса. Отмерив полосу железа прямо по месту, он отрубил нужный кусок и, быстро склепав обод, принялся нагревать его. Потом, перекинув клещами обод на колесо, он быстро набил его на место и, закрепив гвоздями, повторил процесс.

Через два часа, сняв уже передние колёса, Матвей сделал короткий перерыв, воды попить и слегка остыть от жара. Заглянувшая с кузню Настасья, с интересом оглядев его работу, удивлённо проворчала:

– И вправду мастером стал. У батьки и то дольше выходит. Это что же, ты ту доску на свою работу сменял?

– Угу.

– И зачем она тебе?

– Дроги новые сделать хочу. Наши старые совсем. Того и гляди развалятся. Да и колёса там на одну дорогу.

– Это что же, ты теперь у нас и за кузнеца, и за плотника будешь, – поддела его Настасья, лукаво прищурившись.

– Надо будет, и тебя на кухне заменю, – не подумав, брякнул Матвей, снова прикладываясь к ковшу с водой.

– Что, и обед сам сготовишь? – не поверила женщина.

– Случись нужда, сготовлю, – кивнул Матвей, мысленно обозвав себя ишаком.

Удивлённо хмыкнув, Настасья окинула сына задумчивым взглядом и, выходя, уточнила:

– Опять до самой ночи возиться будешь?

– Приду, как закончу, – туманно отозвался Матвей, быстро сбивая с колеса старый обод."