Сотник

Одна беда – не имелось таких подразделений. Вообще. Ни у кого окрест. В том числе и у крымских татар.

Посему брод на не очень широком плесе было единственным местом переправы в округе. Именно через него несколько дней назад и прошла армия хана. Именно здесь Шереметьев и решил встречать супостата, справедливо предположив, что хан не бросит все войско отбивать обоз. Ведь беглецы-погонщики без всякого сомнения ему доложили кто на них напал и на войско Царя отряд Шереметьева отнюдь не походил.

Так и вышло.

Татарский отряд человек в шестьсот, может чуть больше воинов подъехал к переправе и замер от нее в полусотни метров. На противоположной стороне их ждала сотня Андрея, выстроенная для боя. Красивая, эффектная, почти лакированная, потому что, ожидая тяжелое сражение, все воины приводили свое снаряжение в порядок. Умирать так с песнями, как говориться.

– Эй, урусы! – крикнул выехавший ближе воин в богатом доспехе. – Вы что тут стоите?

– Солнышком любуемся, – крикнул в ответ Андрей.

– А чего сюда смотрите? Солнце там, – указал он на восход солнца.

– Туда смотреть глазкам больно. Вот мы затылками любоваться и приспособились.

– Где наши кони? – нахмурившись спросил этот человек.

– Ваши? Не ведаем. Мы видели только царевых коней.

– Врешь!

– А если и вру, то от чистого сердца.

Повисла паузы.

– Тебе надо то чего болезный? – Нарушил ее Андрей. – Заблудился? Дорогу может подсказать? Так вам прямо надо ехать – вон туда. Потом налево. Увидите лес. Заходите. И ищите хреновину мужскую. Ту, что на пеньке торчком растет. Как найдете – забирайтесь. Не медлите. Само это место для вас.

– Ты ответишь за свои слова! Пес! – прорычал этот воин.

– Прошу заметить – верный пес Царя моего Иоанна свет Васильевича. А у тебя, если нет дел, то иди своей дорогой. Куда ты уже ведаешь.

– Мой хан велел сделать из твоей головы чашу! Белый волк!

– Твой хан мог бы и сам прийти. Или он ныне занят? Евнухи ему штаны стирают, а с голым задом на войну идти стесняется?

– Ты болтай, болтай… перед смертью. Недолго тебе осталось.

– А тебе? Сколько тебе осталось? Или ты думаешь, что мы совсем страх потеряли? От Тулы уже идет Царь со своей ратью. Твоего хана предали его родичи. Еще до того, как он в поход выступил – донесли в Москву что он задумал.

– Врешь!

– Сынок его засиделся в стойле, – продолжал вещать Андрей. – Копытом бьет. Да и беи многие недовольны тем, что хан старину рушит, да власть их прижимает. Зачем мне врать? Разве ты сам о том не ведаешь?

Тишина.

Этот переговорщик оглянулся в сторону своего предводителя, что сидел на коне рядом с бунчуком ширинских беев. И молча на все это смотрел, не стремясь принять участие.

Шереметьев же тихонько шепнул Андрею:

– Ну и заварил ты кашу. Хан узнает – головы полетят.

– Пускай летят.