Соседи по комнате

Мы просто стояли, вглядываясь друг другу в глаза, а потом я проговорила:

– И я… хочу быть с тобой. Так сильно, что одна мысль о разлуке приносит мне невыносимую тоску.

Он усмехнулся и выдал:

– Ну и все, попала ты, Савина. Теперь никуда от меня не денешься, – произнес и потянул на себя, с силой обнимая, словно только и ждал этого момента. Подняла голову и встретилась с его нежным взглядом. Белов довольно подмигнул, а в следующую секунду накрыл мои губы в невероятно-нежном поцелуе.

Сидела на паре и пыталась не уснуть. Преподаватель так скучно рассказывал предмет, и я кое-как держала равновесие, чтобы не свалиться кубарем под стол. Подняла руку, чтобы нормально зевнуть в ладонь, но тут услышала вибрацию. Осторожно подтянула к себе телефон и посмотрела на экран. Звонила двоюродная сестра, Ира Савина.

Странно. Была очень удивлена. Вот кого не ожидала услышать, так это Ирину.

Преподаватель нахмурился и начал придирчиво поглядывать на студентов. Вероятно, услышал вибрацию моего телефона. Поспешно сбросила входящий, озадачиваясь звонком.

Что случилось? Почему она звонит?

К Ирине у меня не было неприятных эмоций. Нет, я бы сказала, что она узница в своем доме. Милая, даже немного забитая девочка, которая стесняется, боится всех, больше чем ребенок. Сколько помнила, она всегда сидела взаперти в комнате и читала книги. Младшая Савина не блистала красотой как мать и старшая сестра, поэтому отец не мог ее выгодно продать, а значит, совсем не замечал.

Хотя… он ее использовал в работе. Ирина очень умная, начитанная, вежливая, но до ужаса пуглива и растеряна в обществе. Даже не побоюсь слова «замкнута», идеально подходит. Насколько знала, Ира работала у отца в фирме переводчиком, занимаясь переводом документации. Сидела в маленьком кабинете, подальше от чужих глаз. Никто не знал, что она дочь Савина. Во всяком случае, сам дядя об этом совершенно не помнил.

Вдруг пришло сообщение. Пиликнуло. Посмотрела по сторонам, отмечая, что некоторые, в отличие от меня, не стесняются спать на партах, а кто и сопеть, и осторожно нажала на просмотр.

Закусила губу, понимая, что не могу отказать, и написала:

Ответ пришел незамедлительно.

Да, дядя мог. У него Ирка вечно как груша для битья. Если я была насмешкой, позором семьи, то она нечто вроде домашнего уродца. Ее не трогали, просто не замечали. И если она так написала, в этом можно было не сомневаться.

Прикинула по времени, что успеваю, и начала печатать:

Думала, что больше не напишет, но тут услышала писк.

Ирина всегда что думала, то и говорила. Вероятно, еще поэтому она не подходила на роль покорной невесты. И еще ее вкус в одежде оставлял желать лучшего. Как будто специально напяливала на себя все мешковатое, страшное, чтобы отпугивать.