Sos! Мой босс кровосос! (СИ)

Оглаживаю спину и, не дожидаясь, пока Снежана не одумается, что мы не в кровати, перемещаю обе руки на ее талию и усаживаю на свободный край стола. Стягиваю с нее кофту, и она тут же упирается ладонями мне в грудь.

— Нет, давай не здесь.

— А что так? Для секса существует только кровать? — усмехаюсь ей в губы.

— Можно и стол, наверное. Но точно не этот. Я его сломаю, — кто-нибудь сверху, выбейте уже дурь из ее головы. — Как я потом Вере буду объяснять, что я на нем делала?

— Купим новый и ничего не придется объяснять. Я настаиваю. Хочу тебя развратить на столе.

— Ну, нет.

Ладно, что, я, собственно, творю? Ну, стесняется. Пока. Тут же одергиваю себя, осознавая, сколько прошло времени.

— Пойдем в мою комнату, — слезает со стола, который, надо признать, реально хлипкий, и берет меня за руку. Тянется к выключателю, нажимает на него, и мы проваливаемся в темноту. Супер.

— Не хватает только навернуться. Свет нельзя было оставить?

— Нет, конечно. Столько электроэнергии набежит. Я потом Вере не объясню, куда столько потратила, учитывая, что должна ночевать в выходные у тебя.

— А она еще и это считает?

— А то. Привычка экономить, когда денег нет.

— А ты в курсе, что ее зарплата с новым начальником ну как минимум увеличилась в раза три?

— Я живу в ее доме и интересоваться ее новой зарплатой, слишком нагло с моей стороны.

— В принципе резонно.

В своей комнате Снежана на удивление включает хотя бы торшер. Не ярко, но сойдет. Подталкивает меня к кровати и принимается стягивать с меня джемпер.

— Давай ты сверху.

— Нет. Я не умею, — в панике бросает Снежана, не зная куда деть взгляд.

— Я научу.

— Ученица из меня так себе. Да и я раздавлю тебя.

— Хватит нести ересь.

— Ну можно в другой раз?

— Нельзя. Тем более я не смогу сверху.

— Почему?

— Да мало ли извергну на тебя печенку.

— Шутишь?

— Нет.

— Но, если что будет не так, я не виновата.

— Конечно. Всегда и во всем вини меня.

— Ладно, но ты будешь голым, а я одетой.

— Чего?

— Того.

Подталкивает меня на кровать. Сама же принимается стягивать с себя носки и джинсы. Поворачивается ко мне спиной и следом снимает лифчик. Тянется к комоду и…надевает черную шёлковую сорочку. Купили на свою голову. Ну что ж, инициатива дерет инициатора. Вид, конечно, впечатляющий, особенно с распущенными волосами, но обнаженная грудь всяко лучше куска, пусть и красивой, ткани.

И тут во мне возмущается обиженный мальчик, которого лишают «конфетки».

— Так, стоп. Нет, — останавливаю ее я.

— Что нет?

— Я хочу видеть твою грудь.

— Ну захочешь, спустишь лямки.

— И в чем смысл одеяния?

— Потому что я так хочу.

— Знаешь, надо трахнуть тебя в общественном месте.

— Еще чего.

— Надо, надо. Просто мечтаю довести тебя до состояния, в котором ты не будешь думать, как выглядишь и что делаешь.