Сопутствующий ущерб (СИ)

— А если не хочет, то…

Даша потрясла головой.

— В таком случае папа давно бы что-то сделал, доказал бы, что у них нет оснований его задерживать, — рассуждала она. — Есть же закон.

Слава насмешливо фыркнул.

— Закон… — повторил он пренебрежительно, не скрывая, к тому же, доли высокомерия: будто Даша была наивным ребенком, не имеющим достоверных представлений о жизненных реалиях. — Закон — всего лишь инструмент.

— Как скажешь, —  она не нашла моральных сил развивать спор.

Вернувшись домой, Даша еще долго корила себя за крамольные мысли. Ее отец не мог совершить преступление. И точка.

Уже на следующий день по местным социальным сетям разлетелись первые новостные публикации о резонансном уголовном деле, возбужденном в отношении начальника ОВД и двух его подчиненных.

Кликнув по ссылке, ведущей на полный текст, Даша была готова — и вместе с тем отчаянно надеялась, — наконец получить подробную и подкрепленную доказательствами информацию. Причем, любую: от оправдывающей отца и дающей надежду на его скорое освобождение до убедительно-страшной, подтверждающей его вину.

Однако даже самого поверхностного прочтения хватило, чтобы убедиться в полной несостоятельности появившихся в соцсетях статей. Слухи, догадки и предположения — ничего полезного разочарованная Даша не нашла.

Остальные посетители соцсетей, впрочем, не нуждались в большем: за сутки под постами набрались десятки комментариев — в массе своей, предсказуемо, преисполненных злорадства и морально-интеллектуального превосходства со стороны высказывающихся.

До глубокой ночи Даша с остервенелой одержимостью обновляла страницы в пабликах и группах, бездумно перечитывала статьи и с трудом сдерживала яростный порыв написать оправдательный ответ. Как мантру, она повторяла себе, что ее комментарий лишь спровоцирует всех интернет-троллей и ненавистников, но никак не поможет ее отцу.

Утром, заторможенно собираясь в университет, Даша не могла не думать о возможной реакции однокурсников на вчерашние публикации. Теперь, когда новость об аресте ее отца широко разлетелась по интернет-пространству, вопросы возникнут у всех. И если бы только вопросы…

К своему стыду убедиться в настоящем положении дел Даша не решилась. Перерывы между парами она предусмотрительно проводила или в женской туалетной комнате, или в пустой аудитории, расположенной на значительном расстоянии от ее группы; на занятиях же она появлялась с небывалым для себя прежде опозданием в несколько минут.

Краснея, она неловко извинялась перед преподавателем и быстро усаживалась за последнюю в ряду парту, и только там выдыхала с облегчением: целых полтора часа ни у кого не будет шанса с ней заговорить.