Сопротивляйся

Я роняю букет, забрасывая руку ему на шею.

Он целует раньше, чем успеваю дать понять, как мне этого хочется. Мы целуемся так жадно, что даже выстрел из ружья не смог бы меня остановить.

Я влюбилась, но ни за что ему не признаюсь…

Я не хочу, чтобы он меня отпускал. У меня в запасе еще как минимум полчаса.

Запахи осени смешаны с запахами его дыхания. Его одежды.

Моя нога обматывается вокруг его бедра, пальцы зарываются в волосы.

Руслан прижимается носом к моей щеке и бормочет:

– Оля Любимова, будешь моей девушкой?

– Может быть… – плавлюсь в его руках, счастливая, как безмозглая дура…”

В доме по-прежнему тихо, но за окном уже темно.

Мое тело тяжелое и ватное, как после сна, который высосал энергию вместо того, чтобы ее дать.

Я проспала два часа, а по ощущениям – вечность.

Размяв затекшую шею, выхожу из комнаты и направляюсь в ванную, где умываюсь раз сто.

Голос сына приводит меня в столовую. В компании моих родителей он ест и балаболит без умолку.

У меня нет аппетита. Я частично дезориентирована. Присев на диван, бездумно переключаю каналы на телевизоре и вздрагиваю до самых печенок, когда дом сотрясает звонок в уличную калитку, от которого по моим нервам проходит электрическая волна.

Я знаю, кто это.

Просто знаю, и все!

Глава 32

Наши дни

Оля

Оседаю на диван и прикрываю глаза.

Игнорирую этот переполох, который нарастает спустя пять минут. Пять минут на то, чтобы отец отправился встречать гостя. Чтобы они вместе прошли через двор и вошли в дом. Чтобы Мишаня огласил на всю округу:

– Папа!

Где-то в коридоре возня и мужские голоса, смешанные с голосом моего сына. Моей матери.

Я не знаю, как он нас нашел, но не думаю, что это было сложно.

Как правило, он всегда знает, где нас искать, особенно по выходным.

Я готова, и мне не страшно.

Я слишком сильно хотела увидеть его сама, чтобы бояться этой встречи."

"Поворачиваю голову и смотрю в его глаза, когда возникает в дверном проеме столовой. Жесткий, целеустремленный и настоящий. Та самая смесь, которую я так в нем люблю. На нем расстегнутая куртка, футболка и джинсы. За выражением глаз прячется злость. Я знаю это состояние Руслана Чернышова. Я видела. Множество раз. Всегда эта злость была направлена на кого-то другого. На кого угодно, только не на меня. До поры до времени. Но ведь я его не боюсь. Мне всегда можно было больше, чем другим.

– Руслан! – мама успела прихватить на кухне тарелки. – Проходи, поужинай с нами! – обойдя его, она принимается суетиться.

В секунду организует место для еще одной персоны, пока Миша скачет вокруг стола, а мой отец хлопает “зятя” по плечу, предлагая раздеться.

Все это время мы просто смотрим друг на друга, по крайней мере, я смотрю на него неотрывно. Подмечая детали, которые знаю наизусть, и от которых щемит в груди.