Сопротивляйся мне

Интересно, кому? Не помню, чтобы он с кем-то когда-то переписывался. Атмосферка за столом тяжелая. Мне здесь неуютно.

Пьяный Гловач поднимается с места и плетется за второй бутылкой. Мамаша суетится, разогревает любимому зятю еду. Чокнутая старуха пересела ко мне поближе и дышит теперь чуть ли не в затылок. Господи, она мне в кошмарах сниться будет!

— Будешь еще что-нибудь? — спрашивает у меня Костя. — Выпьешь? — наливает мне водку.

— Костя, твоя девушка плохо ест. Следи за ней лучше. Всего два куриных крылышка за вечер и салата грамм на сто, сто тридцать, не больше, — подает голос Виолетта.

Вот черт, она и правда считает!

— Ба, она за фигурой следит, — парирует Костя. — Ей хочется мне нравиться.

— Надо есть больше, — спорит старуха. Они с Малышом моим убогим сцепляются и начинают обсуждать мой рацион.

Я пользуюсь моментом и жадно рассматриваю Владимира. Он, как обычно, хмурится, перманентно недоволен. Но в целом выглядит хорошо — свежим, подтянутым. Не похудел. Будто не страдает. Это неприятно царапает.

Словно почувствовав слежку, он отрывается от телефона, поднимает на меня глаза и смотрит. Я не вижу в его взгляде ни угрозы, ни злости. И читаю лишь одну фразу: «Ты е*анулась?»

Он абсолютно спокоен. Мне становится не по себе. Костя хохочет, обнимает меня и целует в губы. Владимир не смотрит, поэтому очередная жертва напрасна. Я начинаю нервничать."

"— Владимир, а вы надолго прилетели? — спрашиваю я, набравшись смелости.

— Нет, — отвечает он. — На пару дней. — Через минуту он поднимается с места, говорит, что должен позвонить, и уходит на второй этаж. Больше за вечер не спускается.

Нам надо поговорить. Но я не представляю, о чем. Мне нужен достойный предлог.

Владимир всегда приезжал ко мне сам. Раньше. Я к нему — всего несколько раз тайком. Но в дом Гловачей мне не пробраться. Дежурить у дома и караулить, куда он поедет завтра? Это вариант. Надо поскорее отделаться от Кости.

Через час Малыш слюнявит мою шею в тачке своего отца. Дышит шумно, лапает. Он повез меня домой, но мы отъехали от дворца совсем чуть-чуть и остановились. Это даже хорошо. В гости его приглашать я не собираюсь, потому что это надолго. Проще отстреляться в машине.

А потом… по старой памяти закажу себе суши.

— Слушай, какой тип неприятный, — говорю я. — Этот Владимир. У меня от него кожу покалывает.

— Это да, — отвечает Костя. — Я видел, как он избил человека. Бедная Тарасина, только оклемался — и вот снова!

Я расстегиваю его ширинку.

— Снова? — замираю. — Кто такой «Тарасина»?

— Любовник моей сестры, она с ним, оказывается, трахалась. А может, и продолжает, не зря же Дымарский снова прискакал Орлову морду бить. Я-то в курсе всего, мне уже доложили. Дымарский в бешенстве, а за столом ел как ни в чем не бывало. То же самое было на свадьбе.