Сопротивляйся, меня заводит!

Я даже не знала, что эти качества можно сочетать и тем более продемонстрировать одним взглядом.

Но он – смог.

Я поняла, что мне не сбежать. Не улизнуть.

Поняла это каким-то шестым чувством, так же, как поняла, КАКУЮ цену этот озабоченный попросит за помощь.

Киска радостно прослезилась и смочила трусики влажным «о дааа…»

Природное упрямство и упорство, наверное, то самое, что помогли мне так долго продержаться под натиском коллекторов, еще держались.

Из последних сил.

Как дом Павлова в Сталинграде…

– Говорить будешь? Забыла, как это делается? Речевой аппарат сломался? Для начала давай его оргазмическими стонами разработаем, а потом и слова польются, – предложил и крепче прижал меня к обшарпанной стене.

У левого плеча посыпалась штукатурка, но меня волновало даже не это, а прибор – здоровенный трахательный агрегат, которым Якуб прижался к низу моего живота и начал тереться, снизу-вверх подталкивать свою пушку с ядрами.

– Подумай, как нас видят со стороны. Тебя примут за любителей старушек! – попыталась облагоразумить дрожащим голосом.

Боже. Он меня сейчас возле дома престарелых на свой конец насадит!

– А ты говори… Иначе…

Невоспитанный хам начал задирать старушечью юбку и возиться с колготами.

Если бы была глубокая ночь, промелькнуло в голове, никто ничего бы не увидел, а так…

Мы как на ладони.

Любопытные глаза найдутся всюду.

Может быть, ему плевать, и прилюдный секс в кайф, а я не хотела для себя такой славы.

Сдамся, выдохнула.

Будь что будет!

– Стой! Я скажу в чем дело!

– Скажешь?

Якуб крепче схватился пальцами за резинку колготов.

– Скажу. Только оставь в покое мою юбку и убери пальцы… оттуда!

– Я их никуда привсунуть не успел, а хочется, знаешь ли! – ухмыльнулся и шаловливо ущипнул за губки.

– Хватит! – взмолилась я. – Ты не знаешь, что такое «стоп-слово», что ли?! Я уже сдалась, не надо меня прилюдно позорить?

– «Стоп-слово»? – удивился, задумчиво почесав свою бороду. – Я вообще не из таких, но не прочь поиграть с тобой, будешь мой сабой! – известил радостно. – И первый мой приказ…

– Я за госпожу! – соврала.

– Оу! – присвистнул.

– Руки прочь.

Якуб прижался еще ближе, провел носом по моей щеке, спустился на шею и начал щекотать меня губами и бородой, вызывая трепет.

– Что ты делаешь? – прошептала.

– За яйца меня схвати, госпожа! – хмыкнул на ушко, начав облизывать его языком, трахая, переключаясь на мочку и посасывая, а потом снова облизывая ушную раковину. – Фантазерка ты, а не госпожа! Разомлела, мля. Но так даже лучше! – посмотрел на мен с радостью. – Я за «поиграть», но не углубляться.

– Так…

Я пыталась собраться с мыслями, они все разбежались от того, как Якуб трахнул мое ушко языком – по-другому не скажешь! Даже не думала, что мне это может понравиться, но понравилось же.