Поединок соперниц

Если о нас пойдут новые слухи, — а таковое вполне может случиться, пока люди будут знать о твоих наездах в фэны, — то клянусь тебе Господом Богом, Пресвятой Богородицей и всеми святыми заступниками нашими, твоей Гите не поздоровится.

— Бэртрада! — Эдгар подался вперед. — Я готов считаться с тобой, но не переступай через край моего терпения.

Его терпения?! Мне предлагают смириться с его свиданиями со шлюхой и отродьем, а он еще смеет говорить о терпении!

— О, я знаю, что говорю! Сам дьявол тогда мне станет союзником, и я сама не знаю, до чего доведет меня чувство униженности.

Я почему-то задыхалась, как от бега. Меня душил гнев. И еще я опасалась, что этот человек не уступит. Ибо меня саму напугали бездны, что таились во мне.

— Не забывай, Эдгар, что я дочь Генриха Боклерка, а он не устрашился даже ослепить и держать в подземелье родного брата!

Только его лежавшие на столешнице руки сжались в кулаки — больше Эдгар никак не выдал своего гнева. Смотрел на меня из-под свисающей на глаза длинной пряди. Но, когда он заговорил, голос его звучал спокойно:

— Если, жена, начнешь меня пугать союзом с сатаной, то учти: я еще не потерял связей с орденом, а братья-тамплиеры знают, как принудить людей вновь вернуться к Богу.

И все же за его спокойной интонацией я угадала грусть. А значит, он уступит. И я окончила — последнее слово должно было остаться за мной:

— Тогда, муж мой, не доводи нас обоих до этого.

Я вздрогнула, когда за ним громко хлопнула дверь. И перевела дыхание. Похоже, я победила.

В первую ночь в Гронвуде Эдгар пришел ко мне. Это было наше примирение. Все было высказано ранее, оставался только супружеский долг. Мой муж выполнил его без обычной своей разнузданности, быстро и просто. Я могла быть даже довольна, если вообще можно быть довольной от этого.

— Роди мне сына, — попросил Эдгар перед тем, как заснуть. Понятно, для этого люди и совокупляются.

Наводнения в графстве стали причиной постоянной тревоги Эдгара. Больше всего его беспокоило то, что во многих местах море прорвало плотины, плодородные земли на огромных пространствах пропитались солью и стали непригодными для земледелия. Пройдет не менее двух-трех лет, пока там вновь можно будет заниматься хозяйством, а следовательно, надо что-то предпринять, дабы люди не впали в крайнюю нищету. Но какое ему дело до этих простолюдинов? Я не понимала этого, хотя пыталась посоветовать что-то разумное, ссылаясь на известные мне статьи свода законов. И порой случалось, что я удостаивалась похвалы супруга за проницательность и смекалку.

Когда миновала Пасха, к нашему двору прибыли посланцы от короля. Мы узнали, что моя сестра императрица Матильда месяц назад разродилась сыном мужского пола, нареченным в честь нашего августейшего родителя Генрихом.